– Ради Хелен, – добавила Трисия.

– И ради себя самой, – возразила ей Кэссиди. – Если она и дальше будет молчать, то мы подпадаем под препятствование правосудию и многие другие неприятные статьи. – Она опять повернулась ко мне: – Позвони ему. Если только ты сама не сомневаешься в своих выводах.

Последним заявлением Кэссиди скорее бросала мне вызов, чем давала совет. Она знала, что оно перебьет все остальные соображения и заставит меня набрать номер. Что я и сделала.

Трисия подтолкнула Кэссиди локтем:

– Смотри, он у нее уже на кнопке быстрого набора.

Кэссиди одобрительно кивнула.

– У каждой незамужней женщины на Манхэттене должен быть свой психоаналитик, свой парикмахер, свой любимый ресторан и свой полицейский детектив.

У меня вдруг пересохло во рту. Я поднесла к губам стакан и конечно же голос в трубке раздался как раз в ту секунду, когда я делала глоток. Но, откашливаясь, я успела понять, что это не Эдвардс.

– Отдел по расследованию убийств, Липскомб.

Я постаралась восстановить и голос, и самообладание, но и то, и другое плохо получалось.

– Детектив Липскомб, это – Молли Форрестер. Я говорила с вами…

– Да, мисс Форрестер. Чем могу помочь?

– А детектив Эдвардс может подойти?

– Сейчас посмотрю.

Липскомб перевел звонок в режим ожидания, и я тут же представила, как они с Эдвард–сом обмениваются понимающими мужскими взглядами, выжидают положенное количество времени, а потом Липскомб берет трубку и сообщает, что Эдвардс не может со мной говорить, потому что, как следует все обдумав, он понял, какой глупостью с его стороны было меня целовать, и что у него нет времени на все эти сложности, и не буду ли я так любезна прекратить.

– Детектив Эдвардс.

Ох. А ведь я действительно думала, что он не станет отвечать на звонок.

– Привет, это – Молли Форрестер.

– Добрый день, – это прозвучало нейтрально, но не холодно. Пока что все хорошо.

– Мне нужно с вами поговорить.

– Слушаю вас.

– Я бы предпочла лично.

– Не знаю, получится ли.

– Вы не хотите со мной увидеться?

– Это вопрос логистики, – ответил он, и до меня наконец дошло, что Липскомб наверняка стоит рядом, домысливая мою часть диалога.

– Кстати, это по поводу расследования. Не более того.

– Что именно?

– У меня появилась важная информация.

– Вы что–то стащили из офиса Рейнольдса.

– Нет. То есть, точнее говоря, не только это.

– Молли…

– Это не Хелен. Я точно знаю, что не она. Последовала пауза, и я затаила дыхание.

Кэссиди и Трисия подались ближе, всячески демонстрируя поддержку. Кэссиди даже вложила стакан обратно мне в руку, на случай, если мне понадобится более вещественное подспорье. Я отставила стакан в сторону, и вместо этого протянула руку им. Кэссиди и Трисия дружно ухватили и сжали по два моих пальца.

– В девять часов.

У меня в животе что–то перевернулось – в четырнадцатый раз за день.

– Хорошо. Мне прийти в участок?

– Нет.

Очередная пауза оказалась такой длинной, что я решилась ее прервать.

– Может быть, зайдете ко мне?

– Это было бы неплохо.

– Отлично. Напомнить вам адрес? – спросила я, в основном чтобы порадовать слушателей. Трисия в восторге заерзала на стуле, а Кэссиди с утроенной силой сжала мои пальцы.

– В этом нет необходимости. В девять часов.

– До встречи, – я отключилась и прижала телефоном расползающиеся кусочки письма. – Он придет ко мне в девять.