– Так кто же прав? – спросила Трисия.

– Может быть, мы все правы, – предположила я. – Все эти мотивы не исключают друг друга. Может быть, их комбинация и толкнула Ивонн на убийство.

Кэссиди задумчиво хмыкнула. Трисия тихонько поаплодировала.

– Молодец, Молли. Отличная работа.

Но так ли это? Что–то не клеилось. Какая–то важная деталь была упущена. Но какая – я не могла понять.

Поскольку я не реагировала, Трисия повернулась к Кэссиди:

– Молли отлично поработала, правда, Кэссиди?

Кэссиди одобрительно позвенела кубиками льда в своем стакане.

– Чересчур вольное обращение с уликами, но хороший юрист это уладит. При условии, что полицейские тщательно выполнят свою часть работы, когда Молли передаст им все материалы.

– Полицейские? – автоматически повторила я, все еще пытаясь разобраться, что меня беспокоит.

– Ты и так уже сделала все, что могла, Молли, арестовывать и допрашивать – это уже не твоя забота. Есть люди, которые получают за это зарплату. Я слышала, некоторые из них очень даже ничего.

Эдвардс. Готова ли я говорить с ним? Да, в голове у меня сложилась более или менее ясная картина, но когда я думаю о том, что надо рассказать Эдвардсу, то дрожу еще сильнее, чем перед разговором с Гарреттом. Куда важнее, чтобы моя история понравилась еще и Эдвардсу. Даже важнее, чем Гарретту. Поэтому вначале я должна поймать эту ускользающую деталь. Как говорится в детском стихотворении, «Не было гвоздя – подкова пропала. Не было подковы – лошадь захромала». Ну, и так далее.

Гвоздь. Подкова. Каблук. Объявление. Есть! Вот она, недостающая деталь. Если Ивонн подозревала Тедди в финансовой нечистоплотности, почему она не сказала об этом Брейди? Почему она дала Гретхен время на то, чтобы во всем разобраться? Или она и в самом деле не знала, что там было не так с этим объявлением? Может быть, она хотела защитить память Тедди, потому что виновата в его смерти? Или сама Ивонн тоже замешана в махинациях и надеется, что если они будут раскрыты «третьей стороной», то ей удастся все свалить на Тедди и выйти сухой из воды?

– Кто–нибудь из вас слышал о компании, которая называется «Ноктюрн»? – Трисия и Кэссиди покачали головами, и я описала рекламу, которую мне показал Брейди.

– Какая грандиозная идея, – завистливо вздохнула Трисия. – Разве не обидно, когда кто–то выдвигает блестящую идею, но настолько простую и понятную, что начинаешь удивляться – а как же мне самому это давным–давно не пришло в голову?

– Кто за этим стоит? – Кэссиди, наш эксперт в вопросах бизнеса, уже наверняка мысленно перебирала имена.

– Понятия не имею.

Кэссиди, достав из сумочки блокнотик в кожаном переплете и серебряную ручку от Тиффани, записала имена и названия. Она спросила название рекламного агентства и записала и его тоже. – Попробую навести справки.

– «Навести справки» звучит гораздо серьезнее, чем просто «позвонить», – заметила Трисия.

– Одно и то же, только за «справки» я беру дороже, – объяснила Кэссиди. Она захлопнула блокнот лихим движением, которому в понедельник ночью научилась у офицера Хендрикса, и улыбнулась. – Для тебя я работаю бесплатно, не беспокойся.

– Это все из–за денег, – вдруг сказала я с крепнущей уверенностью. – Любовные делишки могли подлить масла в огонь, но главная причина – деньги.

Трисия кивнула.

– Тогда становится понятным, почему она не убила его, когда застукала с Камиллой.

Кэссиди оценивающе смотрела на меня.

– Тебе пора позвонить Эдвардсу. И рассказать ему обо всем, что ты узнала.