Эдди рассмеялась.

Ветер ударил в фургон и качнул его.

Эдди поспешила выставить фонарь. Триш привязала полог. Над головой раздался оглушительный удар грома, и Джейн Энн тихонько вскрикнула. Триш прижала ее к себе. Дождь забарабанил по туго натянутому тенту. Эдди держала Диллона с его драгоценными солдатиками и гадала, попали Джон и Колин под этот водопад или нет.

Ветер чуть ослабел, но дождь продолжал низвергаться с небес. Света в фургоне хватало, только чтобы видеть друг друга. Через полог начала просачиваться вода. Триш пересадила девочку поближе к Эдди, отодвинула матрас с нар и подложила тряпку, чтобы собрать воду. Затем вернулась к остальным на сундук.

Из-за шума дождя Эдди не обратила внимания на голос, зовущий Триш. Но Триш услышала и испугалась так, словно ее укусила ядовитая змея. Она схватила Эдди за руку, стиснула ее и приложила палец к губам.

– Выходи, девчонка!

– Это он! – беззвучно произнесла Триш. Затем закрыла ладонью рот Джейн Энн, которая хотела что-то сказать.

– Шш… милая, – прошептала она ей на ухо. – Лезь под нары, живо!

Менее полминуты хватило женщинам, чтобы отправить детей под нары и загородиться сундуком. Триш отчаянно махала Эдди, чтобы та тоже спряталась, но она отрицательно покачала головой.

– Я в тебя оба ствола выпущу, если не выйдешь!

Эдди искала оружие. Старый дробовик был под сиденьем. Колин унес винтовку Триш. В кухонном ящике лежали ножи, но сам ящик находился снаружи.

Гром гремел теперь непрерывно. Эдди посмотрела на Триш; одной рукой она оперлась о стенку, в другой сжимала нож.

Внезапно раздался треск ткани. Сквозь прорезь просунулись голова и плечи человека – черные волосы и борода намокли под дождем. Даже в темноте было видно, как дьявольски горят его глаза.

– На этот раз ты не уйдешь.

Он направил на Триш двустволку, и девушка кинулась на него. Но ей не суждено было добраться до врага.

Чья-то невидимая рука схватила человека за горло и отбросила прочь. Раздался выстрел, но пуля попала в крышу фургона. Мужчина бросил бесполезное оружие и попытался дотянуться до ножа на поясе. Тут кулак Пистолета врезался в него с такой силой, что голова мотнулась, а тело дугой изогнулось назад. Он пошатнулся, но, когда выпрямился, в его руке сверкнуло стальное оружие.

– Ну давай, стервятник! – зарычал Пистолет, выхватывая свой нож. – Я вырежу твое поганое сердце!

Дикая ярость охватила верзилу. Чернобородый понял, что это будет смертельная схватка.

– Она всего лишь черная с драной задницей! – ухмыльнулся бородач. Не сводя лихорадочно горящих глаз с Пистолета, он начал перемещаться вбок, чтобы прижать противника к фургону.

Это было роковой ошибкой. Триш кинулась на него через прорезь в брезенте. Со всей силой она воткнула нож ему в спину, рухнула на землю и, как кошка, вскочила на ноги. Человек пошатнулся, затем замер на несколько секунд. Он медленно обернулся. Глаза горели бешеным огнем, рот был открыт.

– Черная сука! Я срежу мясо с твоих костей! Триш попятилась. Она смутно помнила, как Пистолет оттолкнул ее и встал между ней и поверженным противником.

Бородач смотрел на Триш, но сил уже не было, колени подогнулись. Не сводя с девушки ненавидящих глаз, он медленно опустился, протягивая к ней руку с ножом. Наконец упал лицом вниз. Пистолет выбил ногой нож из его руки, затем наклонился и выхватил стальное лезвие из спины.

Человек вскрикнул.

– Дерьмо! – пробормотал Пистолет. – Ублюдок еще не сдох.

Дождь сменился моросью, но никто этого не заметил. Эдди стояла в глубине вагона и смотрела. Она не могла поверить, что Триш рискнула выскочить и нанести смертельный удар убийце.