– Хорошая мысль. – Пистолет радостно засмеялся, оглядывая два высоких дерева по обеим сторонам дороги. – Я знаю, как мы это сделаем.

– Осторожней! – крикнула Эдди, когда фургон дернулся и лошади пустились вскачь. Она оглянулась и увидела, как Симмонс уводит лошадей к мосту, а Джон вытаскивает из фургона моток веревки.

Фургон проехал несколько миль, прежде чем по приказу Колина лошади перешли сначала на рысь, потом на шаг. Эдди дивилась, откуда только мальчик берет силы. Джейн Энн хныкала, а Диллон в голос плакал. Триш свесилась через задний борт, высматривая дорогу сквозь клубы пыли, поднимаемые колесами.

– Шш… Диллон, не плачь. Джейн Энн, лапочка, с тобой все в порядке?

– Я ушибла попу… когда упала.

– Идите оба ко мне сюда. Триш, – позвала она, усадив детей на сиденье, – ты как?

– Нормально, только я сижу в овечьем дерьме. Если я поймаю Реншоу, то заставлю его это жрать!

Эдди засмеялась, а потом заплакала. Она отвернулась, чтобы дети не заметили слез. Ночь без сна, волнение, тяжелая дорога – все это отразилось на ее нервах.

– Хочешь я возьму вожжи, Колин? – спросила Эдди, справляясь с собой.

– Нет, мэм. Не беспокойтесь, миссис Эдди. Эти Реншоу – не такая уж проблема для мистера Толлмена.

– Тебе он нравится, Колин?

– Да, мэм! – Мальчик обернулся к ней, широко улыбаясь. – Он собирается подарить мне коня. Никто, кроме меня, не посмеет на нем ездить, и только я буду за ним ухаживать.

– До Нью-Мексико длинный путь. Похоже, мы никогда не вернемся домой.

– А я и не хочу возвращаться. Вы опечалены?

– Не то чтобы опечалена, скорее волнуюсь. Мы отдали себя в руки незнакомого человека.

– Разве вы не хотели выйти за него замуж? Эдди пожалела о своих словах, увидев тревогу на лице Колина.

– Я верю, что мистер Толлмен – хороший и порядочный человек. У него есть дом, и он хочет, чтобы мы там жили, – объяснила она и с облегчением увидела, что мальчик удовлетворен ее ответом.

Колин хлестнул лошадей и они пошли быстрее. Эдди напрягла слух, чтобы услышать выстрелы, но было тихо. Диллон заснул у нее на коленях, а Джейн Энн – прислонясь к ее плечу. Спина болела, а глаза закрывались от усталости. Фургон двигался, как ей казалось, целую вечность, когда она увидела вдали заветную цель.

На покрытом травой холме расположился караван фургонов. Темные полотнища закрывали грузы, возвышающиеся над шестифутовыми бортами. Вокруг паслось множество мулов и волов.

Колин свернул с дороги на колею, ведущую к лагерю. Несколько человек смотрели, как они подъезжают к ним. Один из них вышел вперед:

– Ты хочешь загнать лошадок насмерть, парень?

– Это лагерь Джона Толлмена? – спросила Эдди.

– Да.

– Он в восьми – десяти милях отсюда. За нами гнались четверо, и Джон пытается задержать их. Ему нужна помощь.

– Четверо, говорите?

– Да. Четыре… дьявола.

Кривоногий человек с испитым лицом подошел к ним:

– Ну, мэм, если их только четверо, Джон не нуждается в помощи. Будь их восемь или десять, еще можно бы было поехать глянуть.

– Вы не хотите помочь ему? – Эдди в изумлении уставилась на человека.

– Он нас не поблагодарит, что мы вмешиваемся в драку, если только их не больше на самом деле.

– Их четверо, вы – кретин! – закричала Эдди.