Только теперь Роуэн осознал, что он лежит на мелководье, а Жемчужник поддерживает его голову, оберегая от небольших волн. Преодолевая боль, он с трудом поднялся на ноги и, опираясь на плечо водяного человека, побрёл к берегу.

Аллун и Зеел находились под прикрытием невысокой песчаной дюны. Они были бледные, мокрые и озябшие, но оба радостно заулыбались при виде Роуэна.

— Мы просто молодцы, — стуча зубами, пошутил Аллун. — Полумёртвые от холода, полуживые от усталости, выхлебали пол-океана да к тому же скормили все наши припасы рыбам.

— Главное, мы живы, — сказала Зеел. — Буря утихла. У меня есть кремень, чтобы развести огонь. Ещё уцелел мой змей вместе с верёвкой, а у Жемчужника сохранились нож и фляга с водой. Наверняка мы где-нибудь неподалеку от того места, где собирались высадиться?

Она с надеждой взглянула на водяного человека.

Во взгляде Жемчужника читалось сомнение. Он ответил не слишком уверенно:

— Не так уж и близко. Но определённо мы в стране Зиба. Кажется, когда-то, плавая в море, я издали видел эти берега. Если это так, то пока что мы в безопасности, но… — Его голос дрогнул.

— Но что, Жемчужник? — спросил Роуэн.

Жемчужник покачал головой, отвернулся и принялся собирать куски дерева, вынесенные морем на песок.

— Ничего. Прав я или нет, мы узнаем на рассвете. — Он помолчал, а затем, улыбнувшись, посмотрел на своих спутников. — Сейчас важнее всего развести огонь. Вы замёрзли, промокли, лежите на холодном песке, поэтому можете заболеть. Я-то знаю, до чего бывают нежными теплокровные существа вроде вас!

Аллун и Зеел рассмеялись и принялся помогать Жемчужнику. Роуэну они велели оставаться на месте, да у него и не было другого выбора. Голова кружилась, поташнивало, и было больно дышать.

Зеел высекла искру и запалила сухую траву, затем добавила в огонь маленьких прутиков. Пламя разгорелось, и в него уже можно было подкладывать большие обломки дерева.

Мерцание огня, тепло и тихое потрескивание успокаивали, и понемногу Роуэн начал приходить в себя. И тут же его принялись осаждать мрачные мысли.

Лодки больше нет. Никто об этом не заговаривал, но всем и так всё было понятно: чем бы ни увенчались их поиски, придется ещё поломать голову, как им вернуться домой. Если, конечно, они останутся живы.

А что сейчас происходит с Аннад? Им хорошо, они отдыхают на этом странном берегу, а Аннад находится в лапах у зибаков. Совсем одна, в неволе. Кто знает, быть может, её мучают и она кричит от боли…

Роуэн старался об этом не думать. Он заметил, что до сих пор сидит в неудобном жилете. Снимая его, он почувствовал что-то за пазухой. Сердце у Роуэна забилось сильней. Как же он мог забыть про подарок Шебы? Буря, крушение лодки и страх перед грядущим — до того ли ему было… Где уж тут помнить о подарках!

Дрожащими руками он достал свёрток.

8. «Странных пальцев ровно пять…»

Свёрток был насквозь мокрым, даже промасленная ткань не выдержала плавания в морской воде.

— Роуэн! Надо же, я напрочь забыл о подарке Шебы! — воскликнул Аллун. — Скорее посмотри, что она нам вручила. Может быть, там что-нибудь крайне необходимое!

— Да из него вода льёт, — хмуро сказала Зеел. — Наверняка всё внутри испортилось.

Роуэн развязал витой шнурок. На этот раз узлы подались сами собой. Затем он принялся медленно разворачивать ткань. Он ужасно боялся, что дар Шебы пришёл в негодность. Ведь больше надеяться было не на что. А за этот свёрток он пообещал Шебе чёрного телёнка…

Ткань была сложена во много раз, и поэтому содержимое оказалось гораздо меньше, чем ожидал Роуэн.