– Это не его вина, Ваше Величество. Ведь, кроме того, что они промокли и голодают, о чем не стоит писать, писать больше не о чем.

– А откуда тебе известно, что они промокли и голодают?– недоверчиво спросила королева.

– Ваша светлость, мой дедушка не был большим любителем писать письма. И когда он был далеко от дома, бабушка обязательно посылала с ним преданного человека, который запоминал, куда они направлялись, что делали и тому подобное. Вспомнив об этом, я тоже попросила Бьорна рассказать посыльному все, что происходит.

– Ты очень заботишься о добродетели своих воинов, – сухо заметила королева.

– И о добродетели сэра Саймона, – сказала храбро Элинор, а сердце у нее ушло в пятки.– Я очень заинтересована в его добродетельном поведении, особенно сейчас.

– Что ты хочешь этим сказать?

– То, что я вижу в сэре Саймоне надежду на безопасность и выгоду для себя и моих людей.

Это удивило королеву. Она широко раскрыла глаза.

– Безопасность, да. Но надежда на выгоду? От Саймона?

– Ну, – Элинор помедлила.– По крайней мере, возможность избежать потерь.– Она прямо взглянула в глаза королеве и сказала:

– Вы знаете, что Изабель де Клер и я – подруги. Ее муж доверяет ей и много ей рассказывает, а Изабель доверяет мне. И я никогда не рассказываю никому, что доверяет мне Изабель. Я думаю, что ему не навредит то, что я скажу Вам. Изабель сказала мне, что он заплатил 50 монет, чтобы стать шерифом Глостерским.

– В этом нет никакого секрета, – ответила королева. – Если он говорит об этом, это его дело.

Королева выглядела слегка озадаченной, не уловив пока связи между назначением Вильяма и Саймоном.

– Я бы хотела, чтобы Саймон стал шерифом Сассекса, – быстро сказала Элинор.– Я заплачу сто монет за графство.

От изумления королева сначала ничего не ответила, затем посмотрела внимательно на девушку и ответила:

– Где же ты возьмешь столько денег?

– Есть много источников. У меня есть фамильные драгоценности, которые можно заложить. Я могу взять в долг у моих вассалов. Для такой цели, надеюсь, я найду у них поддержку, и они будут рады иметь справедливого и честного шерифа.

Элинор не собиралась говорить королеве о том, что в ее сундуках легко наберется требуемая сумма даже без чьей либо поддержки. Вообще то она собиралась попросить помощи у вассалов, так как считала, что не стоит ей одной выбиваться из сил ради того, что принесет пользу не только ей, но и им.

Немного подумав, королева кивнула головой в знак согласия. Она решила, что Элинор действительно сможет заплатить за то, что просит. И она перешла к сути дела.

– А почему Саймон сам не попросит? И откуда ты знаешь, что он желает этой должности?

– А я не говорила, что он желает ее. Он ничего не знает об этом.

Королева сначала уставилась на Элинор, а затем рассмеялась.

– Элинор, да ведь он убьет тебя!

– Возможно, – согласилась Элинор, тоже смеясь.– Но меня больше волнует благополучие моих земель и вассалов, чем несколько синяков, полученных от сэра Саймона. Я знаю, он не откажется от должности, если король пришлет ему назначение, и мои земли и вассалы будут в безопасности.

Королева стала серьезной.

– Я вижу, что ты не лжешь, но ты никогда не говоришь всю правду. Не хочешь ли ты этим назначением отлучить Саймона от двора?

– О нет, что Вы, мадам, конечно, нет! – воскликнула Элинор так искренне, что этому невозможно было не поверить.

– Выполняя свои обязанности шерифа, он ведь часто будет находиться в отъезде, и твоя выгода…

– Будет еще больше. Извините, Ваше Величество, что я Вас прервала, но я хорошо знаю Саймона.