Я сказал:

– Ты прекрасно выглядишь.

Она рассмеялась.

– Не понимаю только почему. Я измотана до предела.

– Когда ты приехала домой?

– Около одиннадцати. Надеюсь, я тебя не разбудила.

– Нет. Но мне приснился очень странный сон.

– Правда?

– Да, мне приснилось, что…

– Мама! Мама! – на кухню вбежал Эрик. – Так нечестно! Николь не хочет выходить из ванной. Она сидит там уже целый час! Так нечестно!

– Пойди вымойся в нашей ванной.

– Но мне нужны мои носки, мам. Так нечестно.

Перед нами вечно вставала эта проблема. У Эрика было две пары любимых носков, которые он носил день за днем, пока они не становились черными от грязи. По какой‑то таинственной причине все другие носки, которые лежали в его шкафу, Эрика не устраивали. Я так и не смог вытянуть из него вразумительное объяснение, почему остальные носки ему не нравятся. Но каждое утро у нас возникала проблема с выбором носков для Эрика.

– Эрик, – сказал я, – мы ведь с тобой договорились, что ты наденешь чистые носки.

– Но это мои самые лучшие!

– Эрик. У тебя полно отличных носков.

– Так нечестно, папа! Она торчит в ванной уже целый час, правда.

– Эрик, пойди и возьми чистые носки.

– Ну, па‑апа…

Я молча указал на дверь его спальни.

– Девч‑чонки! – сказал Эрик и ушел, бормоча себе под нос, что это нечестно.

Я повернулся к Джулии, чтобы продолжить разговор. Она смотрела на меня очень холодно.

– Ты в самом деле не понимаешь, что сделал, правда?

– Чего я не понимаю?

– Он пришел поговорить со мной, а ты взял и вмешался. Ты всегда во все вмешиваешься.

Только сейчас я сообразил, что она права.

– Извини.

– В последнее время я и так очень мало вижусь с детьми, Джек. И, по‑моему, я имею полное право общаться с ними без твоего вмешательства.

– Извини. Просто я целыми днями разбираюсь с такими проблемами и решил, что…

– Это действительно проблема, Джек.

– Я же сказал – извини.

– Я слышала, что ты сказал, но не думаю, что ты в самом деле считаешь себя виноватым, поскольку ты постоянно во все вмешиваешься и вовсе не собираешься что‑то менять в своем поведении.

– Джулия… – начал я. Теперь мне приходилось сдерживаться, чтобы не сорваться. Я глубоко вдохнул, выдохнул… – Ты права. И мне действительно жаль, что так получилось.

– Не пытайся заткнуть мне рот! – резко проговорила она. – Ты не подпускаешь меня к моим собственным детям!

– Черт возьми, Джулия, да тебя же постоянно нет дома!

Повисла ледяная тишина. Потом Джулия сказала:

– Сейчас я определенно дома. Или ты осмелишься это отрицать?

– Погоди‑ка, погоди‑ка… Когда это ты в последний раз была дома? Напомни мне, когда ты в последний раз приезжала домой хотя бы к ужину, а, Джулия? Не вчера, и не позавчера, и не три дня назад. Джулия, ты уже больше недели не ужинаешь дома вместе со всей семьей. Тебя постоянно нет дома.

Ее глаза сверкнули.