– Почему?

– Потому что я думаю, что Джулия завела себе любовника.

– Ты думаешь? Или ты знаешь это наверняка?

– Нет. Я не знаю наверняка.

– Значит, ты только подозреваешь это?

– Да.

Гэри вздохнул и выжидательно посмотрел на меня. Я сказал:

– Вообще‑то есть еще кое‑что. Она начала говорить, что я настраиваю против нее детей.

– Охлаждение привязанности, – сказал он и кивнул. – Законная формулировка обвинения. Когда она делала такие заявления?

– Когда мы ссорились.

Гэри снова вздохнул.

– Джек, семейные пары бросаются еще и не такими кусками дерьма, когда ссорятся. Это вовсе не обязательно должно что‑то значить.

– Я думаю, у нас все серьезно. И это очень меня беспокоит.

– Это тебя тревожит?

– Да.

– Ты обращался к семейному психологу?

– Нет.

– Обратись.

– Почему?

– По двум причинам. Во‑первых, ты должен это сделать. Вы с Джулией женаты уже давно, и, насколько я знаю, у вас вроде бы все было нормально. А во‑вторых, потому, что тем самым ты откроешь список действий, направленных на спасение брака, – что опровергает обвинение в охлаждении привязанности.

– Да, но…

– Если ты прав, и она действительно готовит против тебя обвинение, значит, ты должен быть крайне осторожным, мой друг. Охлаждение отношений – серьезное обвинение, и опровергнуть его очень трудно. Дети недовольны мамочкой – а судьи скажут, что это ты настроил их против нее. Как ты докажешь, что это не так? Никак. Плюс ко всему ты долго сидел дома, поэтому легче будет поверить, что обвинение справедливо. Судьи сочтут, что ты не удовлетворен своим положением и, возможно, обижен на свою работающую супругу. – Гэри поднял руку. – Я знаю, знаю, что это неправда, Джек. Но такие доводы просто сами напрашиваются, можешь мне поверить. И ее адвокат обязательно их приведет. Ты обижен на успешную жену, завидуешь ей и из‑за этого настраиваешь против нее детей.

– Но это же полная чушь!

– Конечно. Я это знаю, – Гэри похлопал меня по плечу. – Сходи к хорошему консультанту по семейным вопросам. Если не знаешь, к кому обратиться, – позвони в мой офис, и Барбара назовет тебе пару достойных консультантов.

Я позвонил Джулии, чтобы сказать, что Эллен приезжает к нам погостить на пару дней. Конечно же, дозвониться я не смог, пришлось отправить сообщение по голосовой почте. Я отправил длинное сообщение, объясняя, что произошло. Потом я поехал за покупками. Нужно было закупить дополнительные продукты, поскольку Эллен будет у нас гостить.

Я катил тележку с покупками по супермаркету, когда мне позвонили из больницы. Это опять был безбородый доктор из отделения неотложной помощи. Он поинтересовался, как дела у Аманды, и я сказал, что посинение уже почти прошло.

– Хорошо, – сказал он. – Рад, что у вас все в порядке.

Я спросил:

– А как насчет магниторезонансного исследования?

Доктор сказал, что результаты магниторезонансного исследования ненадежны, потому что аппарат сломался и не снял никаких показаний при обследовании Аманды.

– Вообще‑то мы беспокоимся о данных всех обследований за последние несколько недель, – признался врач. – Потому что машина, по‑видимому, постепенно выходила из строя.

– Что вы имеете в виду?

– В ней произошла коррозия или что‑то вроде того. Все чипы памяти превратились в пыль.

Я похолодел, вспомнив МР3‑плеер Эрика, и спросил:

– А из‑за чего такое могло случиться?

– Пока техники полагают, что чипы разрушились из‑за какого‑то газа, который просачивался из проводки в стенах, возможно, в течение ночи.