Углубившись на пятьсот ярдов, мы обнаружили людей, которых настиг образовавшийся после взрыва газ; все они лежали на грунте без сознания, лицом вниз – верный признак того, что они упали на бегу. Мы переворачивали их на спины, чтобы им свободнее дышалось: так мы помогли примерно двадцати человекам, да и вентиляция в этой части шахты стала налаживаться. Все эти люди выжили. Еще через пятьдесят ярдов, однако, канарейка в клетке, которую я нес, упала. Начиная от этого места мы стали находить людей, лежавших распластанными на земле, следов повреждений на них не было, но никакая помощь им была уже не нужна. Мы стали также натыкаться на обрушения кровли, и нам приходилось пробиваться через них и другие препятствия, восстанавливать по пути крепь и оборудование, убирать упавшую и сломанную крепь. По пути нам попадались «карманы» и свежего воздуха, и газа, так что мы вынесли оттуда живыми еще восемнадцать человек, а также обнаружили еще тридцать пять тел.

Следователь  : Что было дальше с канарейкой? Эти птицы чувствительны к окиси углерода, поэтому их и используют в шахтах. Вы сказали, что канарейка в вашей клетке упала. И вы шли дальше с мертвой канарейкой?

Бэтти  : У нас было три клетки. Только одну из них несли впереди. Когда канарейка упала, клетку передали назад, чтобы птица очухалась, а одну из других клеток передали вперед. Сильная концентрация газа затрудняла наше продвижение, потому что не только канарейки, но и люди в передовой группе вынуждены были работать по очереди. Пятерым из нашей группы стало плохо, и их пришлось отправить наверх. Но те, кто остался невредим во время взрыва, присоединялись к спасателям, а не удирали в безопасное место, так что наши ряды пополнялись. Когда произошел взрыв. Смоллбоун был ранен обвалившейся породой, и Уильям Джейксон помог ему добраться до моей конторы. Оба они присоединились к нам и действовали настолько бесстрашно и самоотверженно, что мне приходилось даже останавливать их.

Хоптон  : Они слышали призывы о помощи?

Бэтти  : Крепь после взрыва издает самые разные звуки, в том числе и очень странные. Но, начиная с удаления в тысячу ярдов от шахтного ствола, выживших нам больше не попадалось.

Липтрот  : А вы достаточно быстро продвигались вперед?

Бэтти  : Когда к нам присоединились Джейксон и Смоллбоун, было три сорок пять. Однако, несмотря на их усилия, наше продвижение замедлилось. Когда пламя в фонаре становится едва заметным, так что невозможно разглядеть даже птичку в клетке, надо отдавать приказание всем отступить, пока от притока чистого воздуха пламя не разгорится снова: от мертвых спасателей пользы ждать нечего.

Нателл  : Вы упомянули о самоотверженности Смоллбоуна и Джейксона. Как по вашему, почему они так старались?

Бэтти  : Взрыв произошел в их части забоя. Когда мы добрались до ближнего конца этого забоя, лежавшие там тела были опалены. С каждым следующим шагом разрушения были все серьезнее. В средней части забоя тела жертв были уже обожжены. Некоторые из них лежали под сброшенными с путей вагонетками, других силой взрыва забросило в старые выемки. Дальний конец забоя был рабочим местом Смоллбоуна и Джейксона. Если бы во время взрыва они были там, от них бы ничего не осталось.

Мик  : Кого из жертв обнаружили последним?

Бэтти  : Временного рабочего, валлийца, которого мы звали Тэффи.