Ройс опасливо дернулся назад, как только я наклонился вниз. К его удивлению, вместо того, чтобы мигом раскроить его горло я начал рыться в одном из тюков. Вытряхнув на землю какие-то свертки, набитые табаком трубки и мотки пеньковой веревки, я наконец-то нашел один крепкий кусок бечевки и проверил его прочность.

 -- Что вы собираетесь делать? - подозрительно сощурился Ройс. Прежде чем он успел что-то сообразить, я молниеносно рванулся вперед, схватил его запястья и крепко-накрепко стянул их веревкой.

 -- Инфанта! - только и успел жалобно вскрикнуть он, но Роза, даже если б и могла его выручить из теперешнего плачевного положения, то делать бы этого не стала.

 -- Он, конечно, все еще сможет кусаться, но царапаться уже не сможет, - прокомментировал я, закрепляя последний узел. - Вперед, приятель, нам предстоит долгий путь.

 Я подтолкнул его и Ройс, огрызаясь и бормоча что-то злобное, нехотя поплелся вперед. Идти со связанными за спиной руками ему, конечно, было неудобно, но в любом случае Ройсу повезло больше, чем его товарищам. Он ведь был жив, а они мертвы. Так я ему и сказал, желая чуть-чуть взбодрить, но Ройс прошипел в ответ что-то далеко недружелюбное.

 -- Только не бей его, - попросила Роза более бодрой походкой шагавшая за нами. Ее локоны рассыпались по спине и искрились в свете зарождавшейся луны. - Ройс и так весь в синяках. Если ты переломаешь ему кости, то он уже не сможет мне прислуживать.

 С надутыми губками и обиженным выражением личика Роза сама напоминала капризного ребенка. Ее волновало только то, будет ли Ройс добросовестно ей служить, поэтому она и просила для него пощады, а то, что он плетется по пустоши, прихрамывая, чертыхаясь и, возможно, ощущая сильный голод и головокружение от похмелья ее не очень-то разжалобило.

 Ройса еще можно было понять. Он избрал нелегкую долю мошенника и авантюриста, решив, что таким образом быстрее добьется успехов, завербовался в общество теней, прятался от каждого военного мундира, храбрился перед менее проворными тенями, считал всю Виньену сплошным полотном ночи и вдруг встретил одну яркую звезду. В его возрасте еще не так страшно увлечься красавицей на несколько лет взрослее его, куда ужаснее осознать, та, кого он считал честной девушкой на самом деле склонная к чародейству и порочности, соблазнившая самого дьявола натура и имя ее Инфанта Теней.

 По крайней мере, такой неисправимой злодейкой Розу теперь считал Ройс, и от этого она стала для него еще более привлекательной. Сама Роза легко угадывала его мысли и едва могла сдержать смех.

 -- Неужели я, правда, такая беспринципная, как он считает? - восторженно спросила она, так, что услышал только я. Ее губы улыбались, а слова звучали в моем мозгу.

 -- Если бы он мог хоть о ком-то составить правильное мнение, то занимал бы соответствующее положение в более многообещающей организации, чем штаб шпионов Ротберта, - ответил я вслух и этим несказанно изумил Ройса. Он решил, что я снова снизошел до того, что поговорить с ним и ошарашено огрызнулся.

 -- Что?

 -- Ничего. Иди вперед! - я подтолкнул его в спину и зря. Мне же самому потом пришлось поддерживать Ройса, чтобы он не упал.

 -- Никогда больше не отправлюсь в поход с хромым, - зарекся я от такой напасти, когда озорной и довольно наглый спутник оперся мне о плечо и очутился чуть ли не в моих объятиях.

 -- А по чьей вине я стал хромым? - недовольно пробурчал он. - Вы могли бы вылечить меня в два счета. Одно ваше дружеское прикосновение, пара заветных магических слов и я бы прыгал, как кузнечик, вместо того, что спотыкаться на каждом шагу. Отказывать ближнему в помощи, это уже жестокость.

 -- Это мера предосторожности, - резонно поправил я, однако обрадованный тем, что Ройс может еще хромать самостоятельно, а не опираясь на меня. - Если бы ты был в состоянии бежать, то тебя бы давно уже и след простыл.