Роза кинула на кресло лютню, взяла перо, обмакнула его в чернила и без труда развязала узелки на папке с моими записями.

 -- Да? - переспросила она, прислушиваясь к чему-то, чего я не слышал. Потом быстро и проворно исписала клочок бумаги и протянула его мне.

 -- Давай же, лети в Виньену, - приказала она, пытаясь насильно втиснуть бумажку в мои онемевшие пальцы. - Ты нашел то, что сможет лишить силы твоего наставника.

 -- Я был неосторожен, - вместо того, чтобы взять у нее ключ к решению всех проблем я пробормотал обычную банальность и решил, что этого вполне достаточно.

 -- Я слышала, как они вошли, будто хлопнула, открываясь, какая-то существующая только в нашем воображении дверь.

 -- Это ты играла на лютне? Я бы никогда не догадался, что обычная лютня может издавать такие звуки.

 -- Так ты пойдешь в Виньену или предпочтешь подождать, пока твой злой гений постучится в наши двери? - проигнорировав мою реплику серьезно спросила она.

 -- Он не посмеет, - я резко выпрямился, и как будто снова стал сам собой, нет больше наивного мальчишки, теперь я снова одно целое с драконом.

 -- Они бы тоже не посмели, если бы не почувствовали, что ты расстроен, - с легкой укоризной сказала Роза. - Я имею в виду твоих невидимых друзей, тех с кем ты уже очень давно, ни один век тому назад, начал вести вашу темную игру в шарады.

 -- Никогда не заигрывай с красоткой, если не готов с ней обручиться, сказал бы Винсент, - я попытался выдавить слабое подобие улыбки. - Мои притворные друзья уже давно выводили рулады, но только сегодня решили, что я близок к тому, чтобы оступиться, как и все те, кого они соблазняли обещаниями власти до меня.

 -- Ладно я отправляюсь назад ко двору теней, но это останется у тебя, - я зажал ее пальцы, державшие клочок бумаги, в кулак. - На всякий случай.

 Только сейчас я заметил, что мой камзол изорван во многих местах. Из обожженных по краям дыр выглядывал белый батист рубашки. В таком виде на ассамблею не пойдешь. Что ж, видно сама судьба велит еще раз облачиться в черное.

 Роза настаивала на том, что будет сопровождать меня, но мне не хотелось рисковать ни ею, ни даже Винсентом, который тоже был не прочь почтить своим присутствие общество теней. Очутившись на улицах Виньены, я ощутил сырость и влагу, как если бы недавно прошел дождь. Был вечер, но в некоторых домах никто не спешил зажигать свет. В тех домах, где не осталось ни свечей, ни керосиновых или масляных ламп, после крысиного нашествия. Теперь я без труда мог определить, особняки, снятые на время квартиры на вторых этажах или каморки тех, кто пошел за князем. Черный цвет бархатной одежды, как будто приобщал меня к сонму тайн, ревниво оберегаемых новой княжеской свитой. Только золотые локоны, хоть и на фоне черноты, но все-таки выдавали во мне чужака. Все слуги князя безликие тени, кто-то пытающийся так или иначе щегольнуть своей индивидуальностью тут же резко выделяется на их фоне. Я надел заранее приготовленную для этой цели черную треуголку и сам, как они все, легко слился с темнотой.

 Дракон внутри меня уже успел распрощаться с мыслью о свободе. Он присмирел, зато я получил возможность осознать, что я не его маска. Я не просто его оболочка, а хозяин. Это он сидит внутри, как в клетке, а не просто прикрывается мной. Если я пожелаю, то он вырвется только для того, чтобы изничтожить то мрачное осиное гнездо злодеев, на которое укажу я. Но я не позволю ему сжечь ничего вдобавок к этому.

 Я не стал ни стучать в дверь нужного мне дома, ни взламывать ее, а только коснулся пальцами замка и он без щелчка открылся. Не встретив у дверей цербера, я прошелся по прихожей, заглянул в тамбур, но нигде никого не нашел. Либо все опять собрались в подвале, либо у них на сегодня назначено другое место встречи. Я спустился вниз.