— И каким временем я располагаю?

— Двадцать дней.

— Двадцать дней?! Вы с ума сошли! Да знаете ли вы, сколько требуется времени только для того, чтобы хотя бы изучить язык чужаков?! А ведь необходимо еще разобраться в их логике, в…

— Поначалу мне давали десять дней, — Танаока сложил руки, словно извиняясь, — это все, что я смог сделать.

— В таком случае можете передать своему департаменту, что от него воняет за версту.

— У меня есть полномочия, чтобы заставить вас, — мягко заметил Танаока.

— Не стоит беспокоиться, я поеду. За двадцать дней много не сделаешь, но эти бедняги, прежде чем вы уничтожите их, заслуживают хотя бы толики внимания.

Она все еще кипела, когда поднималась по трапу корабля. Да и к моменту посадки на Вельзевул Консуэла до конца не остыла. Танаока усадил ее в бронированный автомобиль и повез показывать горные выработки. Семь холмов подверглись разработке открытым способом. Перед тем как перейти на новое место, горняки полностью демонтировали все оборудование, включая обогатительную фабрику, располагавшуюся у подножия, и тщательно воссоздали природный ландшафт.

— Где стоял грузовой корабль, и в каком именно месте на шахтеров напали? — спросила Консуэла после того, как осмотрелась.

— Корабль находился в двух милях к югу, — ответил Танаока, — а на горняков напали примерно здесь, где мы с вами сейчас находимся.

— И полагаю, горняки на славу ответили аборигенам? — сухо осведомилась Консуэла.

— В контракте имеется пункт о праве на самооборону, хотя агрессивные наступательные действия запрещены категорически.

— Тела чужаков, разумеется, не сохранились?

— Боюсь, наше оружие сожгло их дотла, — признал Танаока, — однако у меня есть снимки, сделанные Эланом Боуменом, тем самым Первопроходцем, который открыл эту планету.

— Так почему же вы не показали мне их во время полета?

— Вы не спрашивали, — ответил Танаока.

— Я должна их увидеть хотя бы теперь.

Он вытащил из кармана пару прозрачных кубиков — голографические изображения аборигенов. Обитатели планеты являлись прямоходящими существами, хотя Консуэла и не смогла оценить их рост — сравнивать было не с чем. На голове имелись большие глаза, крупный рот и едва заметные слуховые отверстия. Консуэла не разглядела ноздрей и предположила, что они настолько малы, что не видны на голограммах. Тонкая складчатая кожа существ имела красноватый оттенок.

— И что вы думаете? — спросил Танаока.

— Так сразу? — улыбнулась она.

— Я полагал, вы сможете по каким‑нибудь признакам определить, разумны они или нет.

— Эти голограммы дают больше сведений о планете, чем о ее обитателях. Величина гравитации близка к земной, иначе они не были бы прямоходящими и такими стройными. Средняя температура от 25 до 48 градусов по Цельсию. В случае более холодного климата у них бы имелся волосяной или перьевой покров, а в случае более жаркого аборигены вели бы ночной образ жизни, что явно не имеет места. Кроме того, они живут на равнине, поскольку мускулатура развита довольно слабо.

— О планете я и так все знаю, в конце концов мы же здесь находимся, — язвительно заметил Танаока. — Мне нужно знать, разумны эти существа или нет. И не менее важно понять, почему они напали на горняков.

— Вы хотите, чтобы я ответила на эти вопросы, даже не взглянув на местных жителей? — спросила Консуэла. — Я очень признательна Республике за столь высокую оценку моих возможностей, но это абсолютно нереально. — Она помолчала.