— Они настоящие? — прошептала несчастная девушка. Она забыла о том, что обещала хранить тайну фальшивых камней‑стразов.

Фалько подозрительно и удивленно посмотрел на нее и кивнул:

— Да, настоящие.

Давящая духота воцарилась в комнате. Хезер не могла ничего сказать в свое оправдание, чтобы отвести от себя очередное подозрение в том, что она и есть вор по кличке «Кот».

— Любой мог положить в мой карман этот браслет, чтобы подозрения в краже пали на меня. Но я не знаю, кто это сделал и зачем ему это нужно.

Все молчали. Хезер ощущала сохраняющуюся враждебность сэра Питера и кипящую ярость Фалько. Что бы она теперь ни произнесла в свое оправдание, это не могло восстановить то хрупкое взаимное доверие между ней и Фалько, которое опять только что разрушилось. Она, не мигая, смотрела на сэра Питера, чувствуя, что этот тип не мог положить дорогой браслет в ее карман.

— Сэр Питер. Я бы хотела задать вам один вопрос личного плана, если вы не возражаете…

Сэр Питер, судя по всему, не очень обрадовался такой ее просьбе, но все же, пожав плечами, сделал вид, что ему все равно.

— Леди Флёр рассказала мне обо всех обстоятельствах вашего с ней бегства, при этом она упомянула много… романтических деталей. В частности, как вы, как галантный кавалер, ловко взбирались по лестнице, чтобы «избавить» ее от зловредных уз родителей.

Фалько присвистнул и с интересом взглянул на сэра Питера.

— Какая наглость! Бедняжка Флёр!

Сэр Питер завертелся, его тощее лицо покрылось красными пятнами. Хезер видела этого красавчика насквозь. Через такое нарочито скучающее байроновское выражение лица явственно проступала его настоящая суть: испуганный, глупый мальчишка, лжец и эгоист.

— Кто вас учил взбираться по лестницам — садовник или какой другой слуга? — спросила девушка.

Сэр Питер недовольно наморщил губы, чувствуя явное облегчение от такого простого вопроса:

— Ну и что ж! Значит, Флёр рассказала вам, что я взобрался до ее окна? Ерунда! Она просто не узнала моего лакея. Я позаботился, чтобы он был в маске. Слуга примерно моей комплекции и делает все, что я ему прикажу.

Надежды Хезер пошатнулись. Она горестно вздохнула. Вполне могло случиться, что человеком, забравшимся по лестнице в будуар леди Эшли, был не Питер. Но, может быть, он лжет. В любом случае, нелепо подозревать, что сэр Питер и «Кот» — одно и то же лицо, — у него нет ни смелости, ни ума, ни образованности или энергии, которыми обладал знаменитый вор. Так думала Хезер.

— Мы имеем дело с очень хитрым преступником, — произнес Фалько, глядя на нее обвиняющим взглядом. От него вдруг повеяло холодом, и Хезер вздрогнула.

— Если вы не будете верить в мою невиновность, мистер Блэкхерст, это же будут делать и остальные, — произнесла девушка. Ее единственной надеждой на будущее было то, что он все‑таки верит ей настолько, чтобы продолжить поиски настоящего вора.

— А почему мистер Блэкхерст должен вам верить? — усмехнулся сэр Питер. — У него нет никаких оснований верить хотя бы одному вашему слову.

Чувствуя, что она уже почти проиграла, Хезер согласилась:

— Вы правы… — она выпрямилась и посмотрела в сторону Фалько. — Я не прошу Блэкхерста, чтобы он верил мне. Единственное, чего я прошу и требую, — подумать над тем, что произошло и почему…

Хезер не могла избавиться от ощущения, что злополучный «Кот» нарочно мучает ее по какой‑то своей, неведомой причине.