Теперь она всегда будет окружена черной вуалью всеобщих подозрений, пока эта мистическая история не будет распутана окончательно. Снег начал понемногу таять. Время шло, и это было не в ее пользу. Несмотря ни на что, меньше всего Хезер хотелось потерять уважение Фалько к себе, но, возможно, она была просто дурой, потому что верила, что это чувство у него, по крайней мере, когда‑то было?

— Вы собираетесь снова запереть меня в моей комнате? — спросила она.

Блэкхерст ответил не сразу. И когда он произнес «нет», Хезер облегченно вздохнула.

Слава Богу, что Фалько верил ей хоть чуть‑чуть, но все же ее обидело его колебание. Он не мог потерять так быстро веру в ее невиновность. Молодая женщина поспешила побыстрее уйти. Не желая никого видеть, она почти бегом добежала до своей комнаты.

Умываясь холодной водой, Хезер надеялась, что ей удастся, собравшись с силами, преодолеть охватившее ее отчаяние, но непролитые слезы болезненным комком застряли у нее в горле и угрожали взять верх.

Она открыла окно и сделала несколько глубоких вдохов свежего воздуха. Северный ветер стих. Появилась надежда на улучшение погоды. С края соломенной крыши капала вода, ветки деревьев, освобождаясь от подтаявших снежных пластов, потрескивали. Отчаяние Хезер росло. Скоро очистятся дороги, и настоящий «Кот» получит полную свободу маневра, а вот получит ли она? От таких мыслей у нее все задрожало внутри. Хезер закрыла окно.

Она причесалась и слегка напудрила щеки. Эти обычные, привычные действия помогли ей успокоиться. Она спустилась вниз все в том же синем шелковом халате.

Мистер «Член» и сэр Питер играли в карты в комнате с пивным бочонком. Мисс Уэдж и леди Флёр проводили время за вышиванием, сидя перед камином в кофейной комнате. Тео и Фалько — Хезер услышала их голоса — спорили на кухне.

Не желая встречаться с Фалько лицом к лицу, она, тем не менее, решила предложить ему свою помощь.

Тео, в переднике поверх рубашки и жилета, что‑то помешивал в котелке, стоявшем не плите. Ссадины на его лице приобрели багровый оттенок, но отечность носа уменьшилась.

Фалько стоял, опершись плечом на каменную стену, и жевал яблоко. Муттон спал под столом. Пес сразу же навострил уши, как только почувствовал появление Хезер, и с блаженным видом заковылял в ее сторону. Она погладила его по голове:

— Как дела, бездельник?

— Ах, это вы, Хезер. Я только что думал о вас, — ледяным голосом произнес Фалько.

— Вы, наверное, подумали, что я опять сбежала? — спросила она, имитируя его безразличие в голосе.

Блэкхерст отрицательно покачал головой.

— Вы бы далеко не ушли…

— Это означает, что если бы я вам понадобилась, вы бы сразу догадались, где меня искать.

— Вез всякого сомнения, мисс Максвелл…

Итак, Фалько уже вернулся в их отношениях назад, к тому моменту, когда он называл ее «мисс Максвелл», чтобы тонко намекнуть на дистанцию между ними и его сомнения.

— Мне очень жаль… — начала Хезер.

— Мисс Максвелл! Не хотите ли попробовать мою самую вкусную микстуру? — Тео попытался снять возникшее напряжение.

— Нет, спасибо, Тео. Теперь я не пробую ничего, что крепче лимонада или молока.

— Я готовлю лекарство для сержанта Бэгберна. Бедняга, он все еще в постели с ужасной простудой. — Молодой человек размешивал свою настойку. — Всего лишь немного рома, джина, кларета, желтки двух яиц, сахар, перец и немного мускатного ореха.