|
Ну, так я жду. – Да это как раз, наоборот, мы разоблачили измену! – наконец заговорил агент. – Я не знаю ни про какой «Вайсвальд» и прочее, но «Морской уж»… Здесь замешан Дениц… – Куда они собрались и, главное, когда? – Да хоть убей – не знаю! Мы только выяснили, что лодки разоружены, все торпеды сняты, а вместо них привинчивают какие-то ящики. – Что за ящики? – Я же их не видел. Длинные ящики с замками. – Как вы это разнюхали? – Один электромеханик из ремонтной бригады заболел. Приступ аппендицита или что-то еще. Его по-тихому увезли в больницу на окраине Киля, а мы это проследили. – Ну? – С ним ночью поработали, он и рассказал. Потом воздух в вену – и привет – остановка сердца. – Когда это было? – Три дня назад. – Сколько лодок переделано? – Он говорил про две. Остальные ждут своей очереди. – Ротманн достал сигарету и стал прикуривать. – Что еще? Что он рассказал про экипа… В это время агент, резко взмахнув руками, рванулся с диким воплем вперед. Отпрянув от летящей на него разинутой пасти, Ротманн откачнулся назад и в падении выстрелил. Он тут же вскочил. Густав, раскинув в стороны руки, лежал лицом вниз. Пуля попала ему прямо в открытый рот и, вырвав основательную часть затылка, разбила стеклянную дверцу кухонного шкафа. Стена над плитой и шкаф оказались забрызганными кровью и мозгом. Ротманн засунул пистолет в кобуру и, стараясь не наступить в расплывающуюся по полу черную лужу, перевернул тело навзничь. Расстегнув плащ и пиджак убитого, он вытянул за цепочку из его внутреннего кармана служебный жетон. На той стороне овала, где была отчеканена надпись: «STAATLICHE KRIMINALPOLIZEI», он прочитал номер «6682». Густав, как Ротманн и предполагал, оказался не ахти какой важной персоной из криминальной полиции. Его личный номер был значительно больше номера самого заурядного сотрудника областного КРИПО. Правда, именно таким иногда и поручались особо секретные или щепетильные поручения. Сунув жетон себе в карман, он обшарил убитого и забрал все документы, включая железнодорожный билет. Всё это он швырнул в портфель и, быстро спустившись вниз, достал из багажника машины заранее приготовленную бутылку с бензином. Когда через несколько минут его «Хорьх», урча, выруливал из темного переулка, в окне на втором этаже уже плясали красные сполохи. В этот момент, как нельзя более кстати, завыли сирены воздушной тревоги. «Хоть один раз от них будет польза», – подумал Ротманн. Теперь пожаром и обгоревшим трупом никто особенно не заинтересуется. Даже если отбомбятся где-то в стороне – мало ли, упала шальная зажигалка. Да и кому это теперь нужно. Как он и предполагал, в портфеле и бумагах служащего криминальной полиции Густава Лемпа не оказалось ничего интересного. Если он и вез какие-нибудь списки или донесения, то только в своей голове. Отъехав от города километров двадцать на юг, Ротманн остановился и, углубившись в небольшой лесок, закопал в ворохе прошлогодней листвы портфель вместе со всем содержимым. А еще через час с телефона междугороднего переговорного пункта города Шлезвига, что на полпути между Фленсбургом и Килем, в редакцию частных объявлений газеты «Дер Ангриф» поступил новый заказ: «Профессору Бернадоту. |
