Опять посыпались удары. Зверь царапал дверь когтями и лаял как собака.

— Это наверняка «маленький старичок», — прошептал Саша.

— Какой же это человек, черт возьми! Это проклятая черная собака!

— Это не собака. Это не собака, Петр. Это существо знает, что кое-что украли в этом доме…

Петр слышал звуки скребущихся о дерево когтей. Возможно, что это был всего-навсего глупый обман, вызванный их поспешными сборами в дорогу и окружающей темнотой, из-за чего им это существо и показалось особенно страшным: темная густая шерсть и огромные черные зубы. Он даже попытался представить себе, как обычно выглядит собак, какая у нее пасть и какой звук она издает, если щелкает зубами.

Вновь последовал удар в дверь. Он был так силен, что затрещал засов.

Затем раздались шаги тяжелых лап. Петр почувствовал, что его рука, сжимавшая меч, была мокрой от пота.

И в этот момент он услышал, какое-то новое движенье, но оно происходило внизу, под самым полом.

— Мы должны вернуть все, что мы взяли, — прошептал Саша.

— Но ведь это же просто-напросто собака! Ну, послушай меня, ради Бога!

— Это не собака… — Саша расстегнул кафтан и вновь повесил его на прежнее место, на колышек около двери. Он протянул к Петру руку. — Ну, пожалуйста.

И теперь тот почувствовал себя полным дураком. Ведь если бы он не был так слаб от раны, то немедленно распахнул бы дверь и отрубил бы голову этому бесовскому созданью.

Если оно было там лишь одно.

Послышалось свистящее шипенье и треск двери, а в следующий миг раздался пронзительный кошачий визг.

Петр вздрогнул.

— Петр!

Тогда он сбросил одеяло с плеча, и Саша бросился со всех ног, чтобы развязать веревку и положить все на прежнее место.

Удары и скрежет когтей о дверь не прекращались.

— Вот видишь, твоя уловка ничем не помогла, — сказал Петр. — Черт побери, малый, а ведь оно таки не прислушалось к твоим бабушкиным сказкам.

— Не нужно насмехаться, Петр, пожалуйста! Сейчас не время шутить…

— Клянусь тебе, что «маленький старичок» в «Петушке» мне понравился гораздо больше. Очень приятная кошечка. Целыми днями чистит уши и вообще прилично себя ведет. Но этот… Боже мой!

Очередной удар когтями в дверь был нанесен с такой силой, что от неожиданности Петр чуть не упал, и даже подогнул колени, а из дверного косяка полетели щепки.

А под полом, на том самом месте, где он стоял, раздался тяжелый глухой удар.

Петр продолжал держаться на ногах, но чувствовал, как у него останавливается дыхание и он погружается в ночной кошмар, из которого нет хода назад, и что многие вещи просто потеряли смысл с тех пор, как они вошли в этот дом, и что вполне может случиться так, что вряд ли вновь все встанет на свои места.

У него не было никакого желания быть убитым этим привидением, в которое он решительно отказывался верить.

— Я вижу, сегодня неудачная ночь? — спросил он Сашу. — Но попробуй все-таки пожелать, чтобы это существо исчезло отсюда. Ведь это как раз по твоей части?

— Спрячь свой меч, — сказал Саша в ответ. — Это раздражает его. Убери, пожалуйста, прошу тебя.

Мальчик был очень серьезен. Но достаточно серьезным было и существо, поджидавшее их на крыльце. И Петра охватило странное, отдающее смертельным ужасом подозрение, что этой ночью, прямо сейчас, все, в чем он сомневался чего не знал наверняка, оказалось самым настоящим и реальным.

— Спрячь его! — не унимался Саша.