– Даже если мне кажется, что за эти дни я в тебя до беспамятства влюбился?

Радостное смущение ущипнуло щеки, но сердце разъедала боль.

– Если выберешь нас, а не себя, я всегда буду бояться, что рано или поздно начнешь жалеть. Я не хочу любви «вопреки», которая требует жертв. Единственная жертва, которую я готова принять, – это время и разлука. Если нам суждено быть вместе, мы будем. Но не сейчас.

Он внимательно выслушал мою тираду, а потом потер затылок и выдохнул.

– Вау. Это было… больно.

– Прости, что не хочу носить розовые очки. Они обычно разбиваются осколками вовнутрь.

– Но даже так я не жалею, что нашел тебя.

Равиль в очередной раз доказал, что он настоящий рыцарь. Он наклонился и коснулся губами моей руки. Колечки ужалили прохладой. Я хотела ощутить ее на губах. Но когда потянулась за поцелуем, Равиль с улыбкой сказал:

– Давай оставим это на десерт. В моем плане есть последний пункт.

Мы поднялись от воды обратно на набережную, полную прогуливающихся пар и семей. Неподалеку играли музыканты, наполняя вечер нежной мелодией. Здесь было очень романтично… Но сейчас это как соль на рану.

Я догадалась, что мы идем к колесу обозрения еще до того, как мы к нему подошли. Равиль оплатил билеты, и мы встали в небольшую очередь. Пока мы ждали, когда настанет наш черед забираться в стеклянную кабинку, я смотрела на медленно крутящееся колесо. Оно было красиво подсвечено по ободу.

– Моя леди. – Равиль подал мне руку, помогая зайти в кабину прямо на ходу.

Я запрыгнула первой, Равиль вошел следом, после чего работники аттракциона снаружи закрыли двери. Мы остались одни в медленно ползущей вверх кабинке.

– Сяду здесь, чтобы стабилизировать вес, – предложил Равиль и уже хотел устроиться на сиденье напротив, но я потянула его за руку:

– Нет. Иди сюда.

Ох, эта дразнящая улыбка будет сниться мне до конца дней… Но я только и рада.

– Раз ты просишь, как я могу отказать?

Равиль опустился рядом со мной, и я придвинулась ближе. Он закинул руку мне на плечи, а второй коснулся моего подбородка.

– Ты купил билеты, чтобы поцеловаться здесь или чтобы посмотреть на город? – подколола я, хотя сама желала первого.

Мои слова заставили Равиля замешкаться, но вот я медлить не стала. Притянула его ближе и поцеловала, коротко, но нежно. А дальше мы все же стали любоваться городом, набережной и морем, над которыми постепенно поднимались все выше.

– Вон там мой старый дом. – Равиль указал куда-то за башню, на которую сегодня поднимались. – Хорошо, что мы не стали его продавать. Мне нравится туда возвращаться, хотя порой это заставляет грустить.

– А я не представляю, как это – любить и возвращаться в родной дом, – пожала плечами я.

Смотрела за окно, но вместо усыпанного вечерними огоньками городка видела свою квартиру, в которой жила с мамой до совершеннолетия.

– Мой дом пропитан чувствами, которые не хочу вспоминать, потому что там мне не рады. Меня никто не ждет.

– Я бы мог подарить тебе новый дом, но ты не готова принять это. – Равиль посмотрел мне в глаза и серьезно сказал: – Переезжай сюда. Я сделаю все, чтобы помочь.

Предложение казалось заманчивым и, на первый взгляд, легко осуществимым. Просто перевестись в другой вуз, просто сменить одну общагу на другую. В моей группе меня все равно не любят, друзья у меня только в общежитии. Домой езжу раз в год.

Так что я теряю?

– Равиль, я не могу. В моем университете отличная программа для переводчиков, там выпускают хороших специалистов. К тому же у меня замечательная репутация среди преподавателей, оценки тоже превосходные.