– Ты это Папе Римскому скажи. И Роберту.

    Эти слова слегка остудили вспыльчивого Родриго и перевели его мысли из сфер рыцарской этики в область сугубо практическую.

    – У Роберта много людей?

    – Тридцать всадников и полторы сотни пехоты – это его собственные. Копий двадцать наёмников из Пуатье. И ещё не знаю, сколько всякого сброда.

    – Ты что же, собираешься отправиться на помощь Бернарду? – с некоторым недоверием произнёс Родриго.

    – Да, мы с ним никогда не ладили, – признался Рауль. – Но я ненавижу наёмников. Ещё с тех пор ненавижу, как англичане сюда брабантцев притащили. И к тому же, говорят, наш с тобой общий знакомый Луи тоже около Роберта сейчас ошивается. Дерьмо к дерьму липнет... Я решил: надо помочь Бернарду.

    Родриго кивнул, признавая весомость Раулевых аргументов.

    – Поедешь со мной?

    – Конечно!

    – Вот и я так подумал. Ты когда будешь готов?

    – Завтра утром. Пока я пошлю к Ангулему. Пока он соберёт людей. И придёт сюда...

    – Знаю я эти утренние выступления, – проворчал Рауль. – Собираешься выезжать с петухами, да пока соберёшься – уже и полдень. Может, вечером выступишь?

    Родриго вскинул подбородок, прищурился:

    – Дон Рауль де Косэ, вы, кажется, хотите дать МНЕ совет, как и когда МНЕ вести на войну МОИХ людей?

    Рауль вздохнул.

    – Когда Бернард отправил ко мне своего человека с посланием, головорезы Роберта уже подходили к городу. Это было вчера. Сейчас они наверняка захватили город и осадили Эгиллемский замок. Если мы отправимся завтра, то под Эгиллемом будем только ещё через полтора суток. Ты уверен, что Бернард продержится всё это время? Я – нет.

    – Да, я понимаю, – кивнул Родриго. – Но мы ничем не сможем помочь Бернарду, если прибудем в Эгиллем усталые, на взмыленных лошадях, много мы не навоюем. Завтра утром. Где мы соединимся?

    – Дорога на Эгиллем проходит мимо моего замка. Когда будешь рядом – пошли ко мне человека.

    – Договорились. Буду в четыре пополудни.

    – Идёт. Если в пять тебя не будет, я пойду один.

    – Не смеши меня! – воскликнул Родриго. – У тебя людей в три раза меньше, чем у Роберта. Это чистое самоубийство.

    – Так пусть это будет вам упрёком, барон Родриго.

    – Раздери тебя дьявол, Рауль!!!

    Рауль развернул лошадь:

    – Счастливо оставаться, сосед! Завтра в четыре часа!.. Смотри, не опоздай!

    Сопровождаемый своими людьми, виконт выехал из замка. Несколько секунд Родриго свирепо глядел ему вслед, потом скомандовал:

    – ...Франц, бери коня и езжай к Ангулему. Скажи, чтобы до заката он был здесь со всеми своими людьми... Жан, сгоняй в Марионэ... Да, я знаю, что ты там не был. Узнаешь у старосты, где кто квартирует... Так, теперь насчёт жратвы и обозов... Чёрт побери, где Гумберт? Когда он мне нужен, никогда его поблизости нету!

    – Он вроде б наверху, сеньор, – сказал Жан. – Я видел, как он в дверь входил.

    Пробормотав ругательство, Родриго развернулся, собираясь направиться в дом, и едва не столкнулся со мной.