Джо Пил попытался было поймать его взгляд, но большой босс был вне поля зрения — все его внимание, увы, было обращено на лейтенанта Беккера. Только на него одного.

— Привет, Отис, — сказал лейтенант. — Вас-то я и жду.

— Что ж, похоже, дождались.

— Дождался, дождался. Думаю, нам придется прокатиться до нашего полицейского участка.

— Я бы с превеликим удовольствием, лейтенант, поверьте, но вот только сегодня утром не могу. Никак не могу. К моему величайшему сожалению… Совершенно неожиданно возникло важное дело о…

— Неужто такое важное? А вот Пил сказал, у вас вообще нет никаких дел. Якобы уже целую неделю. Разве не так?

— Да, сказал, — охотно подтвердил Джо Пил. — А он утверждает, что мы работаем на человека по имени…

— Поосторожнее, Джо! — предупредил его Беккер, но Пил, будто назло ему, закончил:

— По имени Уилбур Джолиф.

Бигл молча и подчеркнуто неторопливо подошел к стоячей вешалке, повесил на нее свою толстую трость, модную шляпу с приподнятыми краями и только затем повернулся к Беккеру:

— Полагаю, вряд ли мне следует говорить вам, лейтенант, что частного детектива с государственной лицензией не стоит даже пытаться принуждать давать хоть какую-нибудь информацию о своих клиентах. Равно как и врача о своих пациентах. Кому, как не вам, об этом знать, а?

Сержант Федерсон с треском задвинул ящик с досье. В его глазах появился хищный блеск.

Беккер пружинисто встал с кресла-качалки Бигла:

— Давайте-ка лучше обсудим вопросы профессиональной этики у нас в участке, Отис. Уверен, там мы сможем поговорить куда как более конструктивно.

— Обсуждайте у себя там все, что хотите, хоть папу римского, но только без меня, — зло отпарировал Бигл.

— Лейтенант! — воскликнул сержант Федерсон.

Беккер покачал головой:

— Я не шучу, Бигл, совсем не шучу! Вы идете со мной…

— Только если у вас есть ордер на мой арест.

— Мне не составит особого труда его получить.

— На предмет чего?

— Ну скажем, на предмет обвинения со стороны некоей миссис Уилбур Джолиф.

Бигл с каменным лицом прошагал мимо лейтенанта, сел в свое кресло-качалку, придвинул к себе телефон и начал набирать какой-то номер. Затем, ожидая связи, как бы мимоходом уточнил:

— Так, значит, говорите, миссис Уилбур Джолиф?

Беккер молча кивнул. Тут в телефонной трубке прошелестел чей-то голос, и Бигл, предупредительно подняв руку, сказал:

— Алло… Я хотел бы поговорить с Дагом Деволом.

Лейтенант Беккер злобно прищурился. Сержант Федерсон угрожающе ощерился. И тот и другой прекрасно знали, кто такой Даг Девол и что за всем этим может последовать.

— Пинки? — явно намеренно бодрым тоном начал Бигл. — Это Отис. Надеюсь, не разбудил тебя… Нет, я встал, как минимум, час назад. Пил-то я вчера намного меньше, чем ты… Трещит головка? Бывает, бывает. Ты только не переживай… пройдет. Всегда проходит… Послушай, Пинки, вот зачем я тебе звоню: тут ко мне почему-то прицепилась пара полицейских «шестерок»… Пытаются, понимаешь, сунуть свой нос в мои дела. У одного из них, лейтенанта Беккера, даже хватило наглости угрожать мне ордером на арест. Ну и как тебе это нравится?.. Что-что?.. Позвонить тебе, как только он появится с ним? Хорошо, хорошо, старина… Нет-нет, прямо сейчас делать ничего не надо. Пока он ведет себя вполне прилично… Ладно, Пинки, увидимся в клубе… Само собой разумеется. Лечи свою головку и ни о чем не беспокойся… Да-да, до встречи. — Он положил трубку и повернулся к Беккеру: — Так что вы там говорили об этой миссис Джолиф?

Лицо лейтенанта Беккера побагровело вплоть до самого воротничка форменной рубашки.