Адриан снова потерял к ней интерес. Отвернувшись, он отдавал все новые и новые приказы появляющимся людям.

Потом все внезапно затаили дыхание. В комнату вошел Сэмюел.

– Адриан, я ее потерял…

Адриан прищурил глаза, потом взглядом указал на Кристину. Сэм остолбенел.

– Ты слабоумный… – Адриан разразился потоком таких ругательств, что первое слово показалось нежным упреком гувернантки неразумному дитяти. В трех-четырех фразах он унизил Сэма, отмел его оправдания, в клочки разнес достоинство.

Пока Адриан натягивал сапоги, комната наполнялась народом. Вошли еще восемь человек.

Кристина начала кое-что понимать. Обрывки фраз складывались в тревожный смысл. Она поняла, что никому ничего не расскажет из-за обидных слов Адриана, хотя мысленно уже раз десять проиграла этот вариант.

Здесь собирался маленький отряд Адриана. Людей было вдвое больше, чем она предполагала. И далеко не все англичане. Больше половины – французы.

Шпионы. Правительства. Франция. Политика. Война.

Странная встреча в лесу. Министр иностранных дел. Необычные отношения Адриана с ним.

«Безумец» английского министра и в определенном смысле нарушитель закона – это Адриан. Тот неизвестный ей Адриан, который, натягивая сапоги, ведет разговор на нескольких языках сразу. По-английски он обсуждает с Томасом дела своих владений. В его поместье на побережье у пострадавших от наводнения арендаторов были какие-то трудности. Томасу нужно их уладить и показаться на публике завтра к вечеру. Это должно отвести подозрения Клейборна, что Томас замешан в спасении французов. Пока Томас будет в Корнуолле, остальные вломятся в аббатство в предместьях Парижа.

Во Франции, насколько поняла Кристина, есть некто Кабрель, который намерен присоединиться к ним во Франции и «оказаться» в руках властей как участник спасения в аббатстве какого-то маркиза.

Были еще какие-то разговоры. Кристина даже не могла определить, на каком языке. На немецком? Люди говорили с Адрианом на трех языках сразу, засыпали его вопросами и комментариями, пока он одевался в темную морскую фуфайку.

Безумец, стонала про себя Кристина. Он действительно безумец! Она никак не могла понять, что происходит вокруг нее: безумие или тщательно продуманный подвиг? Но что бы это ни было, Кристина чувствовала себя маленькой и незначительной. А человек, бывший центром этого хаоса, заставлял ее чувствовать себя слабоумной. Закусив губы, Кристина покачала головой.

Адриан Хант или безумец, или гений.

Но в любом случае ей здесь не место. Кристина сильнее закусила губы, чтобы не заплакать, но на глазах все равно выступили слезы. Никогда в жизни она так не боялась.

Вдруг забрезжила слабая надежда. Тут так много всего происходит. Вероятно, никто не заметит ее отсутствия. Кристина начала медленно пятиться к приоткрытой двери.

Прижавшись спиной к стене, она дюйм за дюймом продвигалась к заветной цели.

До нее осталось меньше фута, когда рука с сигарой уперлась в стену над плечом Кристины, отрезав путь к бегству. Вторая рука преградила дорогу с другой стороны, окончательно лишив возможности незаметно улизнуть. Кристина подняла глаза.

Разумеется, Безумец собственной персоной.

Адриан поднес ко рту сигару. Упершись в стену ногой, он пристально посмотрел на Кристину, потом стряхнул пепел на пол. Их взгляды встретились на долю секунды, потом он нахмурился и уставился на собственное колено.

– Ты не можешь уйти, Кристина! – сказал он.

Она все-таки попыталась перепрыгнуть через его ногу и закричала:

– Помогите!

Ее голова резко ударилась о стену, сигара подпалила ей волосы, когда Адриан с размаху закрыл ей рот рукой. Кристина, извиваясь, пыталась вырваться, но другая рука Адриана уперлась ей в грудь.