– Не могу я последним идти, – сознался Воробьев. – Мертвых староверов боюсь!

– Пф, – подавился смешком Шестаков.

– Миша, смени его, – попросил Зотов. Умирающий от страха замыкающий, ни к чему хорошему не приведет. Не на прогулке. – Степан головным.

Карпин остановился, баюкая ППШ на руках, и подождал, пока крохотный отряд пройдет мимо.

Шестаков, ворча и ругаясь вполголоса, поменялся с лейтенантом местами, поддев напоследок:

– Не боись, шкет, староверы только по ночам шастают и кровушку пьют.

– Шестаков! – одернул Зотов.

– Все-все, умолкаю.

В темной и холодной утробе непроницаемой чащи потрескивал сухостой, истошно скрипели умершие стволы на ветру, цепляясь друг за дружку крючковатыми руками цепких ветвей. Пахло весенней прелью, толстые, заплесневелые елки подпирали серое небо, где-то рядом выстукивал дятел. Шестаков вел глухоманью, мимо затянутых ряской бочажин, неглубоких, забитых кустами оврагов и буреломов в человеческий рост высотой. Через час впереди показался робкий, белесый просвет, и скоро они вышли на старую, заросшую просеку.

– Дорога на Малькинское болото, – шепотом сообщил Шестаков и  указал направление. – Выйдем прямо на гать.

– Телега недавно прошла, – Карпин присел и коснулся травы.

– Быть того немогёт, – удивился Степан. – Какая телега?

– Продразверстка из двадцатого года. Сам посмотри.

Зотов приблизился и увидел след, петляющий по дороге. На краю лужи, в грязи, остался четкий, незаветренный отпечаток колес.

– Не нравится мне это, – обронил лейтенант.

– Все в порядке. Наверное, – успокоил Зотов. – Нас должна ждать Ерохина с друзьями и телегой.

– Все темнишь? – сощурился Карпин.

– Хотел сделать сюрприз, – Зотов пошел по дороге. – План прост, как все гениальное: мы с тобой залезаем в телегу и строим из себя мертвецов. Нас привозят обратно в отряд, и там, в санчасти, мы благополучно оживаем.

– А что за друзья?

– Самому интересно.

– Люди, – сообщил, резко останавливаясь, Степан.

Зотов сравнялся с проводником. Метрах в пятидесяти впереди из туманной дымки проявилась телега, запряженная лошадью. Рядом кучковались несколько вооруженных человек. Анька Ерохина, сидящая на телеге и болтающая ногами, приветливо помахала.

Разведчица привела троих хмурых, бородатых мужиков и такую же хмурую лошадь. Задача перед Ерохиной стояла простая: отыскать надежных людей из другого отряда, умеющих держать языки за зубами и не задающих вопросов. Справилась на отлично.

Ерохина дождалась, пока они подойдут и дурашливо бросила ладонь к виску.

– Товарищ командир, задание выполнено. Вот товарищи из отряда «Пламя», главным Семен Башлаков.

– Зотов, – Зотов пожал руку Башлакову, крупному мужику лет сорока, в ватнике, перетянутом кожаными ремнями крест на крест, и кепке, надвинутой на глаза. – В курс дела вас ввели?

– Поверхностно, – откликнулся Башлаков. – Наша задача?

– Требуются услуги похоронной команды. Доставить в отряд «За Родину» двоих под видом убитых.

– Постоянно так делаем, – хмыкнул Башлаков.

– Ну вот. Марков в курсе и поможет в нашем маленьком представлении.

– Легенда?

Этот человек Зотову определенно понравилсяспокойствием, рассудительностью, короткими и точными репликами.

– В бою вы потеряли двоих, вынесли и везете к родственникам. Попроситесь переночевать, вам предложат перенести тела в сарай, примыкающий к санчасти, там яма и холодок.

– Дальше?

– Дальше отдыхаете, наслаждаясь гостеприимством.