– А они…

– Знают друг о друге? – Веббер пожал плечами. – Может, да, может, нет. Я им не говорил. – Он подался вперед. – Ну, мистер Джон Диллинджер, чем могу быть полезен?

– Отто, хочу кое-что вам рассказать. Вы вправе встать и уйти, и в таком случае я вас пойму. Или же вы останетесь и выслушаете до конца. Если останетесь и если поможете мне, то очень неплохо заработаете.

– Я заинтригован, продолжай.

– В Берлине у меня есть партнер. Его информатор только что собрал сведения о вас.

– Обо мне? Я польщен!

Судя по тону Веббера, так оно и было.

– Вы родились в Берлине в тысяча восемьсот восемьдесят шестом году, в двенадцать лет перебрались в Кёльн, но через три года вернулись, потому что вас исключили из школы.

– Я сам ушел, – недовольно поправил Веббер. – Ту историю часто искажают.

– Исключили вас за кражу продуктов с кухни и за любовную связь с уборщицей.

– Это она соблазнила меня, а еще…

– За плечами у вас семь арестов и в общей сложности тринадцать месяцев в Моабите.

Веббер лучезарно улыбнулся и воскликнул:

– Столько арестов за такую короткую жизнь! Это лишь подтверждает: связи у меня что надо и где надо.

– Англичане злятся на вас из-за прогорклого масла, которое вы продали их посольству год назад, – продолжал Пол. – Французы тоже злятся – из-за конины, которую вы продали под вином баранины. Они даже указание распространили: с вами больше не связываться.

– Ах эти французы! – ухмыльнулся Веббер. – Так ты напоминаешь мне об этом, дабы удостовериться, что мне можно доверять, ибо я ловкий преступник, каковым себя считаю, а не тупой шпион национал-социалистов? Ты осторожничаешь. На что же тут обижаться?

– Обидеть вас может то, что мой партнер поведал о вас кое-кому в Берлине и в нашем правительстве. Теперь, если угодно, можете уйти и больше не иметь со мной дела. Я расстроюсь, но пойму. А вот если вы решите помочь нам, а потом предадите, кое-кто вас разыщет. Последствия вам не понравятся. Понимаете, о чем я?

Как говорил Реджи Морган, подкуп и угрозы – краеугольные камни доверия по-берлински.

Отто Веббер вытер лоб, потупился и пробурчал:

– Я спас тебе жизнь, а ты так ко мне относишься?

Пол вздохнул. Во-первых, невероятный Отто Веббер ему понравился; во-вторых, он казался единственным, кто в силах выведать местонахождение Эрнста. Только выбора не было – информатор Моргана навел справки о Веббере и позаботился, чтобы он их не предал.

– Что же, допьем пиво в тишине и пойдем каждый своей дорогой, – сказал Пол.

Через минуту Веббер расплылся в улыбке:

– Я не обижен, герр Шуман, хотя обидеться следовало.

Пол захлопал глазами: своего имени он Вебберу не называл.

– Видишь, я тоже в тебе сомневался. В «Арийском кафе», когда мы только встретились, ты прошел мимо меня, чтобы припудрить носик, как говорят мои девочки. Я вытащил у тебя паспорт и посмотрел. Вообще-то, национал-социалистом от тебя не пахло, но, сам говоришь, в нашем безумном городе осторожность не помешает, поэтому я навел справки о тебе. По данным моего информатора, с Вильгельмштрассе ты не связан. Кстати, как тебе мое мастерство? Ничего ведь не почувствовал, когда я паспорт у тебя вытащил?

– Ничего, – печально улыбнулся Пол.

– Думаю, у нас с тобой достаточно взаимоуважения, – ухмыльнулся Веббер, – чтобы говорить о делах.