— Врагов на войне убивают, это правда. Но предательство союзников с применением оружия такой силы совершенно непростительно и не останется без ответа.

— Я могу сообщить вам о том, что русские силы, ответственные за это нападение, уже полностью уничтожены силами военно-морского флота США. Наш собственный линкор «Висконсин», собрат уничтоженного «Айовы», сказал последнее слово в море, но его еще не сказал я. Масштабы того, что совершил Советский Союз, не позволяют это простить. Это предательство самого черного корня, вероломное нападение на союзника в войне, и ответ на него будет дан со всей недвусмысленностью.

— Сегодня я требую и приказываю вывести все части Красной Армии, расположенные западнее Одера на советскую территорию немедленно, а также не допускаю высадки ни одной советской части на главные острова Японии или любые острова в Тихом океане, когда-либо бывшие территорией Японии.

— Если советское правительство не выполнит этого приказа и ультиматума немедленно, они могут ожидать ударов с воздуха, подобных которым не видел еще никто и никогда на земле. За этим воздушным ударом последуют морские и сухопутные силы такой численности и такой мощи, которых они еще не видели…

Русские, разумеется, отрицали какую-либо причастность к инциденту, о котором говорил президент, заявив, что Трумэн и Черчилль намеревались определись послевоенный мир в свою пользу и отказались выводить советские войска с занятых территорий. По правде говоря, они действительно понятия не имели, о чем говорил Трумэн, и так ему и ответили.

Президентский приказ поступил в 509-ю смешанную авиагруппу на острове Тиниан в тот же день. И через три дня после окончания Второй Мировой войны началась Третья. И это безумие продолжалось девять дней, до тех пор, пока миру не стало достаточно.

Полковник Тиббетс получил приказ два часа спустя. Приказ был прост — «Вперед!». Вся 509-я авиагруппа взлетала вместе с ними в сопровождении еще сотни других В-29 в качестве массированной демонстрации силы, призванной убедить русских в том, что любое дальнейшее развертывание либо применение ядерного оружия приведет к их быстрому и полному уничтожению.

По правде говоря, Соединенные Штаты шли на самый серьезный риск с этим приказом. Да, у них была атомная бомба, как только что похвалился Трумен, но их было всего две и обе находились в Тихоокеанском регионе. В сверхсекретном «Манхэттенском проекте» в штате Нью-Мексико тем временем кипела работа в отчаянной попытке обогатить больше ядерных материалов и создать больше бомб.

США полагали, что значительно отставали в атомной гонке. Теперь они исходили из предположения, что русские испытали свою первую бомбу в Северной Атлантике еще в августе 1941 года, хотя тогда Союзники решили, что за уничтожение «Миссисипи» несут ответственность немцы. Годы разведывательной работы постепенно привели их к другому выводу — советский, а не немецкий корабль атаковал ОГ-16 в Северной Атлантике. Этот вывод подогрел опасения, существовавшие в отношении русских на завершающем этапе войны.

Если у русских была бомба… Почему они не использовали ее против немцев? В конечном счете было решено, что для производства ядерных бомб требовались значительные ресурсы, технические нововведения и время, и нападение Германии помешало им создать больше бомб до конца войны. К тому времени, когда они были готовы, Германия уже потерпела поражение.

Но теперь русские появились снова, с теми же скверными следами на священной земле мира, как и раньше. Они применили его не против своих врагов, а против своих друзей, по крайней мере, так полагали американцы. Они уничтожили еще один американский линкор ужасным отголоском подлого нападения, совершенного в 1941. Лишь очень немногие знали об ужасной судьбе «Миссисипи» и ОГ-16, и не более десяти из них знали то, что случилось на самом деле.