Ну, а в нас с Тулле троллиной крови точно не было, не считая той, что я случайно проглотил когда-то, так что мы с радостью оставили пещеры.

Сначала мы шли вдоль обрыва над морем, вспугивали птиц, прятавшихся в мелких кустах под ногами, придумывали названия скалам. Вон та, что торчала из воды, выглядела точно как взбесившийся морж, который поднялся на ластах. А вот та — на жирную корову.

За спиной щит, на поясе любимый топор, крепкий соленый ветер в лицо и рядом верный друг. Я рассмеялся, раскинул руки, и порыв ветра взметнул полы плаща, сделав его похожим на парус.

— Как думаешь, Вигге мстил Альрику? — вдруг спросил Тулле.

— С чего бы? Я свободный человек, а не трэль альриков. Я сам отвечаю за свои дела!

— Я не хотел бы вернуться к кораблям и узнать, что все ульверы мертвы.

Я мельком глянул на друга. Он говорил серьезно.

— Вот тогда мы будем мстить! Убьем каждого, кто там есть.

— В прошлый раз, когда ты бился с девятирунным, тебе полголовы обрили.

— Так это не он, это стрела. Но да. Вигге-то мы завалим, а вот Лейф нам мозги через уши вскипятит. Может, нам стоит поговорить с айсландерами, людьми острова?

Тулле хмыкнул:

— Угу. Но каждый раз, когда мы с ними встречались, лилась чья-то кровь.

— Если бы кто полез на мои земли, я бы тоже его прирезал. Знаешь, я не держу на них зла. Даже за Хвита, Трюггве и Ларса.

— Так, может, они разозлились?

— Ого!

Земля перед нами оборвалась глубокой узкой трещиной, внизу которой поблескивала вода.

— Перепрыгнем! — воскликнул я. Отбежал назад, откинул полы плаща, чтоб не путались в ногах, поправил щит, разбежался и легко перемахнул на ту сторону. Тулле ругнулся, но последовал за мной.

И спустя всего полсотни шагов мы вышли к небольшой бухточке, с обеих сторон отгороженной от морских волн высоченными обрывами, на одном из которых мы сейчас и стояли. А посередине берег спускался к воде плавными и широкими ступенями. Кто по таким мог ходить? Великаны в три мачты высотой?

Черный пляж, где находились наши корабли, был неплох, но сильный шторм мог бы добраться до Волчары и оттащить его в море. Здесь же, я уверен, волны не подымались так высоко.

Я должен был проверить бухту. Если тут на самом деле так хорошо, как кажется, то Альрику следует знать об этом месте. А вдруг придется срочно уводить корабли с черного берега?

Мы дошли до ступеней и повернули к морю. Вода в бухте казалась светлее, чем снаружи, из-за близкого дна, но мне казалось, что Волчара тут должен пройти. Надо проверить скалы и высмотреть лучший проход.

Несмотря на скалистые бока бухты, ступени были чисты, как груди девственницы. Гладкий светлый камень с неглубокими выбоинами крепко держал ногу. Хотя впереди виднелись невысокие продолговатые холмики. Может, это еще одна из причуд острова? Огонь из-под земли, горячие озера… Почему бы маленьким зеленым человечкам не сложить маленькие каменные курганы?

Мы подошли ближе.

Ровные ряды вытянутых холмиков, сложенных из серого камня. Десятка три. В одном, мне почудилось, что-то трепыхнулось. Синий шерстяной лоскут торчал из-под завала. Что ж, маленькие человечки могут быть и не зелеными. Я осторожно потянул его на себя: ткань поначалу поддавалась, а потом застряла.

— Кай, не надо, — севшим голосом сказал Тулле.

Я дернул сильнее. Часть камней осыпалась, и вслед за тканью оттуда показались кости с почерневшими остатками кожи. Чья-то ладонь. Большая ладонь. Как у Тулле или отца.

— Это… могилы?

Как назло, я не мог вспомнить, что случается с человеком, который разрушает могилу. Вроде бы мертвец потом приходит к нему по ночам и пытается увести за собой.