Как-то на улице Сент-Джеймс Софи заметила висящую эмблему в виде большой перламутровой шкатулки, переливающейся на солнце Яркими цветами. Она остановилась посмотреть, что же выставлено в главной витрине этого магазина. Там был неплохой выбор венецианского стекла, кубки и графин с золоченым горлышком, а также небольшие кувшинчики ослепительного голубого цвета. Софи попыталась угадать, к какому же времени и стилю относятся эти вещи. В углу витрины стояла потрясающей красоты серебряная супница на богато изукрашенном подносе. Маленькая табличка, стоявшая рядом с ней, информировала покупателя о том, что прежде эта вещь принадлежала французскому королю Луи XVI. Очередное сокровище из разоренного Версаля. Элен потянула Софи за рукав в ближайший шляпный магазинчик.

– Там такая шляпка, я себе обязательно должна такую купить, пойдем посмотришь.

– Пока они шли по Сент-Джеймс-стрит, Элен сделала для себя не одну покупку. Однако для Софи на этой фешенебельной улице все было слишком дорого, и, лишь свернув в ближайший переулок, она смогла приобрести себе новый плащ. Тот, в котором она бежала из Франции, уже совсем износился. Она надела обнову в последний день своего пребывания в Лондоне.

В воскресенье они втроем решили пойти на утреннюю службу в собор Святого Павла. Софи никогда прежде не слышала более прекрасного колокольного перезвона, что стоял в тот день над лондонскими черепичными крышами. Когда пришло время расставаться, Элен пригласила Софи к себе в гости.

– Пускай Рори поскорее привозит вас и племянника погостить у нас с мамой. Мне с вами было так хорошо, и мне не хотелось бы терять с вами связь.

– Мы будем писать друг другу письма. И я не забуду о вашем приглашении, – пообещала Софи.

Карета, унесшая Элен в родные места, отправилась из Лондона за час до отправления экипажа Софи, и оставшееся до отъезда время мадемуазель Делькур и Рори решили переждать в «Белой Лошади». За время пребывания Софи в столице капитан не раз напоминал ей о своей любви. Элен тактично позволяла им побыть хотя бы несколько минут наедине, но теперь у них впервые появилась возможность обстоятельно поговорить о своих отношениях.

– Теперь, когда Элен пригласила вас к нам, – сказал он, – думаю, нам нет смысла скрываться.

– Верно. Но мне бы не хотелось, что бы то, что уже есть между нами, намеренно преувеличивалось без всяких на то оснований.

– Но это не удержит меня от надежд на большее… Куда большее между нами… со временем.

Софи прибыла в Брайтон с подарками. Среди них был отрез рубинового шелка в полоску и отделанная кружевами фишу для Клары. А мальчикам она привезла по игрушечной рапире.

– Капитан Морган предложил мне их купить, – сказала она когда шум всеобщей радости по поводу ее приезда стих. – Он сказал, что Антуан может рассказать все, что знает о фехтовании, Билли, и тогда мальчики смогут тренироваться вместе. А в следующий раз, когда он вернется в Брайтон, он обещал их научить новым приемам.

Чуть позже, когда Клара и Софи обменялись последними новостями, француженка спросила, не открыл ли еще свою лавку Том.

– Нет, она по-прежнему закрыта. Быть может, он ждет того момента, когда в Морской Павильон приедут принц с принцессой.

– Скорее всего, так оно и есть, – согласилась Софи.

Однако лавка Тома все же открылась гораздо раньше. Как-то проходя по Мидл-стрит в начале мая, Софи заметила, что ставни на стрельчатых окнах раскрыты. Она подошла посмотреть витрину. Напоказ была выставлена коллекция французских безделушек. То был великолепный фарфор: чашки, кубки, вазы и белоснежная статуэтка лошади с попоной из зеленой глазури и янтарным седлом.