– Входите, Софи. Что же вы на улице стоите. Сейчас я вам здесь все покажу.

– А Том случаем не здесь?

– Нет, боюсь, он опять путешествует.

Она вошла в лавку, и у нее дух захватило от такого обилия прекрасных вещей. Интерьер помещения был полностью изменен. Стены были оклеены китайскими обоями, и Ричард обратил внимание Софи на то, что ни один цветок или птичка на них не повторяются. Мадемуазель Делькур поведала ему о том, что видела магазин Фоксхиллов в Лондоне.

– Так вы в нем были? – поспешил спросить ее собеседник.

– Нет, к сожалению, у меня уже оставалось мало времени.

Галерея была построена заново, и Ричард провел Софи по новенькой винтовой лестнице полюбоваться на картины, развешенные наверху. На крыше был устроен стеклянный купол. Он не только добавлял света, но и придавал особую изысканность всему помещению. Перегнувшись через перила, Софи посмотрела на то место, куда в прошлый раз свалился Том, и куда он потом ставил лестницу, чтобы помочь ей выбраться с обрушившейся галереи. Теперь торговый зал был обставлен дорогой мебелью и резными прилавками, блиставшими позолотой. В помещении стояло немало любопытных скульптур и декоративных ваз, двое продавцов обслуживали покупателей, собравшихся приобрести древнеримский бюст.

Прежде чем Софи и Ричард спустились вниз, брат Тома показал ей две просторные спальни, устроенные над торговым залом.

– Это очень удобно, так что можно теперь останавливаться прямо здесь и не ходить в гостиницу, – заметил Ричард, когда они спустились с галереи.

– И когда же Том станет здесь полноправным хозяином? – спросила Софи, разглядывая серебряный ларчик тонкой работы.

– Боюсь, что здесь он будет появляться, как и прежде, от случая к случаю. Том назначил помощника управляющего лондонским магазином заправлять брайтонской лавкой. Сегодня этот человек прибудет сюда вместе с супругой.

– А откуда этот ларчик? – спросила мадемуазель Делькур.

– Из Персии. Работа мастера датируется шестнадцатым веком.

– Очень милая вещь, – она положила ларчик на полку и, продолжая разглядывать многочисленные предметы искусства, поймала себя на том, что никак не может избавиться от мыслей о Томе. – А вы знаете, что мы с вашим братом поссорились во время нашей последней встречи?

Ричард тяжело вздохнул.

– Да. Он рассказал мне об этом… Не следовало ему так поступать… Жаль, что я не смог его вовремя остановить.

– А вы думаете, он бы вас послушал?

Ричард пожал плечами.

– Нет. Думаю, что нет. Он ведь никогда меня не слушался.

Софи открыла огромную книгу в прекрасном переплете, лежавшую на столике, около которого она стояла. На каждой странице были гравюры с изображением великолепных индийских дворцов с экзотическими куполами.

– Вот это да!

– Том приобрел эту книгу специально для принца Уэльского. Его Высочество проявляет особый интерес к архитектуре. Это редкое издание наверняка его порадует.

Выходя из лавки, Софи подумала, что книга по индийской архитектуре должна понравиться принцу по двум причинам: не только из-за его врожденного стремления ко всему прекрасному, но и потому, что английское влияние в Индии с каждым днем все более усиливалось.

Когда Генриетта с мужем приехали отдохнуть на лето в Брайтон, то для жилья, они сняли дом, который в прошлом занимала миссис Фицхерберт. Софи была в ателье, когда туда, шелестя юбками, вошла ее подруга в розовом муслиновом платье, украшенном ленточками.