Изменить размер шрифта - +
Один человек, два разума – это уже шизофренией попахивает.

А уж если один из этих разумов принадлежит лорду, то это просто полное безумие.

 

Глава 12

 

Конечно, Нику было страшно.

Когда Ломтев прошлый раз взял его тело под контроль, это было похоже… на маленькую смерть. Весь тот период выпал из его памяти, как будто его и не было. А может быть, в этот момент не было самого Ника…

С другой стороны, он испытывал некоторое трусливое облегчение от того, что какие то неприятные действия, которые все равно придется совершить, будут происходить без его непосредственного участия. Что не он будет тащиться эти полтысячи километров по степи, что не ему придется высматривать патрули, шарахаться от скоплений вражеской – а никакой другой, скорее всего, уже и нет – техники, что не ему придется драться, если уж совсем припрет.

Это, наверное, похоже на монтаж в кино. Вот здесь понятно, что человек усердно тренировался или тяжело работал, может быть, приходя в отчаяние от бесплодности своих усилий, но мы смотрим на это всего несколько минут, сопровождаемых воодушевляющей музыкой, а может быть, и вовсе не смотрим, может быть, это все вообще происходит за кадром. Вот ты моргнул, а неудачник на экране уже разработал успешный стартап и обсуждает его продажу за многие миллионы фунтов, а за окном в дорогой спортивной машине его терпеливо дожидается фотомодель. А все эти долгие недели или месяцы, полные бессонных ночей, неудачных переговоров и жалких попыток наскрести денег хотя бы на квартплату… Да, они тоже были, но где то там.

Зачем нам на это смотреть, это же не так интересно и не влияет на сюжет?

Проблема была только в том, что уступая контроль Ломтеву, он заодно уступал ему и ответственность, в том числе, и за принятие решений. И за будущее, которое теперь рисовалось Нику вовсе не в радужных цветах. И это ему, конечно, не нравилось.

Добравшись до рощи, на которую указывал Ломтев, Ник улёгся на земле, вбил в навигатор координаты родительской фермы и близлежащего городка, потом распечатал пачку чипсов и принялся ими хрустеть. Ломтев безучастно сидел в некотором отдалении и даже не пытался прочитать лекцию о вреде нездорового питания.

Ник, в принципе, и сам чипсы не очень любил, но в последнее время в мире стало так нездорово, что на питание можно было просто забить.

– Можно вопрос?

– Конечно, – сказал Ломтев.

– Почему я ничего не помню о событиях той ночи? – спросил Ник. – Я понимаю, что тогда вы были главным и все сделали, и благодарен за это и вообще, но вот сейчас главный я… в смысле, я двигаю, этими ногами, я сижу у себя в голове и думаю эти мысли, но вы то здесь. Я вас вижу, я с вами разговариваю. Почему когда главным становитесь вы, я пропадаю?

– Для начала давай перейдём на ты, – предложил Ломтев. – Мы все же с тобой родственники… и соседи.

– Да, конечно, – сказал Ник. – Так можешь ты мне объяснить?

– Нет, – сказал Ломтев. – По правде говоря, я не слишком хорошо в этом разбираюсь.

– Но ты же был князем.

– Не так уж долго.

– Всего то пятьдесят или шестьдесят лет? – уточнил Ник, подумывая, не стоит ли ему обзавестись табличкой с надписью «сарказм».

– Всего несколько месяцев, – сказал Ломтев.

– Разве дар не открывается в подростковом возрасте? – удивился Ник.

– У меня особый случай, – сказал Ломтев. – Но, я полагаю, ты ничего не помнишь о событиях ночи, потому что просто потерял сознание, когда из твоего тела вытаскивали артефакт. Потерял сознание от боли.

– А разве я не должен был прийти в себя… в чувства… ну, когда источник боли был нейтрализован?

– Я понятия не имею, как это работает, – сказал Ломтев.

Быстрый переход