— Вы понимаете, что я имею в виду. Я наивна и неопытна в сравнении с другими вашими знакомыми.

— Вы мне нравитесь такой, какая вы есть.

— Даже… не похожей на женщин из заведения Энни? — Саманта пожалела о сказанном раньше, чем последнее слово вылетело из ее уст.

Ремингтон с силой схватил ее за плечи:

— Что вам известно об этом заведении?

— То, что мне рассказала Синтия, — прошептала Саманта, напуганная его гневом.

— Следовательно, вы знаете, откуда поступила к вам на службу ваша горничная!

— Она не такая, как они… Она другая.

— Саманта…

— Пожалуйста, не поучайте меня, Ремингтон. Она другая. Что до Энни… так о том, что такое бордель, я знала задолго до знакомства с Синтией. Необязательно быть девушкой из заведения, чтобы знать, что они существуют. Чего я не понимаю, так это что вас тянет туда. Имея возможность пользоваться услугами всяких… как ее там… кларисс, почему вы так часто наведываетесь в публичный дом? Может, вас подстегивает то, что там вас не знают как лорда и графа? Может, вас привлекает разнообразие? Полагаю, вы привыкли менять женщин, пока служили в военно-морском флоте.

Неожиданно гнев Ремингтона сменился удивлением.

— Не могу поверить, что мы стоим здесь и обсуждаем…

— Почему же нет? Я хотела бы знать, что, собственно, влечет вас к женщинам. Опыт? Тогда почему вы возражаете против того, чтобы и я набралась немного опыта?

— Потому что вы вовсе не девушка из заведения. И совсем не похожи на тех женщин, которых я встречал во время службы на флоте.

— Если я стану похожей на них, будете ли вы желать меня? Ремингтон поставил оба бокала на землю и обхватил лицо Саманты ладонями.

— Неужели весь этот разговор из-за моего желания? Неужели вы думаете, что я не желаю вас?

— А вы желаете?

— Так страстно, что это даже пугает меня.

Сэмми приблизилась к нему вплотную:

— Докажите мне это.

— Не уверен, что смогу совладать с собой.

— Ах, Рем! — Со счастливой улыбкой Саманта прильнула к своему возлюбленному и обвила его шею руками. — Разве вы до сих пор не поняли, что я вовсе не желаю, чтобы вы сдерживались.

Дни неудовлетворенного желания давали себя знать. Руки Ремингтона скользнули с лица возлюбленной на ее талию. Медленно он нагнул голову и накрыл ее губы своими. Саманта страстно ответила ему. Она принялась так искусно соблазнять Ремингтона языком, что он едва держался на ногах.

Где-то вдалеке раздался звон колокольчика, и серебряное эхо прокатилось по саду.

— Сейчас начнется фейерверк, — прошептал Ремингтон, перебирая пряди волос возлюбленной.

— Неужели? А я думала, что он уже давно начался, — ответила девушка, проведя языком по его нижней губе.

— Господи, Саманта… я всего-навсего обычный человек. Понимаешь ли ты, что ты делаешь со мной?!

Ответа он не дождался. Да она и не собиралась отвечать. Загораясь от поцелуев, они пылали в огне страсти. Ремингтон так сильно сжал девушку в объятиях, что чувствовал, как напряглись ее груди и стали твердыми соски. Он провел рукой ниже и прижал к себе ее бедра, уверенный, что теперь она не сомневается в серьезности его намерений.

— Саманта… — из самой глубины его существа раздался полурык-полустон Ремингтона.

Саманту и ее возлюбленного обволакивали ароматы цветов, такие же приятно-сладкие, как прикосновение его губ к ее коже, как страстные слова, которые вырывались из его губ.