– Нечего пытаться разжалобить меня подобными штучками! «Ради Харви»! Да вы оба изрядные поганцы. Я знаю, зачем ты это все затеял. Ну да ладно, постараюсь. Передавай Харви от меня привет.

– Он тебе тоже передавал привет и сказал, что завтра придет тебя навестить.

– Скажи, чтобы он не забыл принести мне Мики Спиллейна.

Сэм и Харви обожали детективы, и Харви постоянно передавал Саманте все новые и новые книги, чтобы ее развлечь.

– О Г осподи… Как вы мне оба надоели! – Чарли снова надел тяжелое пальто и галоши, поднял воротник и помахал Сэм с порога.

– Пока, Санта – Клаус! Передавай пламенный привет Мелли.

– Слушаюсь, мэм. – Чарли отдал честь и ушел, а Саманта еще долго сидела, уставившись на папки.

Уже близилось Рождество, и она все утро думала о Тейте. Год назад она была в это время на ранчо Кэролайн, и Тейт выступал перед детишками в роли Санта – Клауса. Именно тогда и завязалось их настоящее знакомство, тогда‑то все и началось… А рождественским утром Тейт привез ее к тайному домику влюбленных… Стоило Саманте подумать о Тейте, и прошлое оживало, а у нее снова привычно болело сердце и она принималась гадать, куда же он все‑таки подевался.

Не далее как утром Сэм разговаривала с Кэролайн. После праздника Благодарения с Биллом случился микроинсульт, а ведь в последние месяцы он практически не работал. Саманте было неприятно спрашивать у Кэролайн про Тейта Джордана, у бедняжки и без того мрачное настроение, однако она все равно поинтересовалась, и, как всегда, оказалось, что новостей нет. Кэролайн страшно удручало состояние здоровья Билла, поэтому она недавно наняла нового управляющего, молодого человека, у которого были жена и трое детей. Кэролайн сказала, что он хорошо справляется с работой, и в который раз принялась уговаривать Сэм сделать над собой усилие, не опускать руки. Заниматься оздоровительной гимнастикой было страшно тяжело, и Сэм часто задумывалась: а стоит ли? Она уже так натренировала руки, что могла висеть на них чуть ли не как мартышка, научилась садиться в инвалидное кресло и вставать с него, ложиться в кровать, обходиться без посторонней помощи в туалете. Ее обучали всему, что может понадобиться человеку, который живет один. И если она будет прилежной ученицей, то в конце концов сумеет обходиться вообще без посторонней помощи. Сэм сопротивлялась, отказывалась от предлагаемой ей поддержки, считая в глубине души, что все это на самом деле не важно, но теперь… теперь ей вдруг показалось, что надо сделать над собой усилие. Чарли прав. Она выжила, и это достаточное основание для дальнейшей борьбы!

Рождество было для Саманты большим испытанием. Утром к ней пришли Харви Максвелл, Чарли, Мелли и ребятишки. Медсестра их впустила, и Саманте даже дали подержать малышку, ей было почти пять месяцев, и она еще больше похорошела. Когда же друзья ушли, Сэм почувствовала себя безнадежно одинокой. К вечеру одиночество стало непереносимым, и, не зная куда деваться от отчаяния, Сэм выехала из палаты и медленно покатилась по коридору. И вдруг обнаружила в другом его конце маленького мальчика: он тоже сидел в инвалидном кресле и грустно смотрел в окошко на снег.

– Привет! Меня зовут Сэм. – При виде малыша сердце Сэм болезненно сжалось.

Он повернулся к ней. Ему было лет шесть, не больше. Глаза мальчика были полны слез.

– Я больше не смогу бегать по снегу.

– Я тоже. А как тебя зовут?

– Алекс.

– Что тебе подарили на Рождество?

– Ковбойскую шляпу и кобуру для пистолета. Но ведь я и на лошади кататься не смогу.

Сэм машинально кивнула, но тут же переспросила:

– А почему не сможешь?

Он посмотрел на нее, как на идиотку.