|
Еще совсем недавно я был на Земле и чувствовал, насколько я устал от своего мира, устал от самого себя. И тут я подумал: живи я сто лет назад, у меня не было бы другого способа покинуть свой мир, кроме одного - умереть. Но теперь я могу уехать на Луну! - И он улыбнулся невеселой улыбкой. - И что же, на Луне вы чувствуете себя счастливее? - спросила Селена. - Немножко, - он огляделся. - Но где же туристы, которых вы пасете? - Сегодня я свободна, - ответила она, засмеявшись. - Возможно, я возьму еще два-три свободных дня. Это ведь очень скучная работа. - Как же вам не повезло! Только решили отдохнуть и сразу же наткнулись на туриста. - Вовсе я на вас не наткнулась. Я вас специально разыскивала. И должна сказать, это было нелегкой задачей. А вам все-таки не следовало бы бродить в одиночестве. Землянин посмотрел на нее с любопытством. - А зачем, собственно, вы меня разыскивали? Вы что, так любите землян? - Нет, - ответила она с непринужденной откровенностью. - Они мне до смерти надоели. Я в принципе отношусь к ним без особых симпатий, а оттого, что мне постоянно приходится иметь с ними дело в силу моих профессиональных обязанностей, они милей не становятся. - И все-таки вы специально меня разыскивали, а ведь нет такой силы на Земле, то есть я хотел сказать - на Луне, которая могла бы убедить меня, будто я молод и красив. - Ну, это ничего не изменило бы! Земляне меня совершенно не интересуют, как известно всем, кроме Бэррона. - В таком случае почему же вы меня разыскивали? - Потому что в человеке интересны не только молодость и красота, и еще потому, что вами заинтересовался Бэррон. - А кто такой Бэррон? Ваш приятель? Селена засмеялась. - Ему было интересно. Он держался так, будто был больше, чем приятель. - Я именно это и имел в виду. У вас есть дети? - Сын. Ему десять лет. Он живет в интернате для мальчиков. Я избавлю вас от необходимости задавать мне следующий вопрос. Его отец - не Бэррон. Возможно, Бэррон будет отцом моего следующего ребенка, если мы с ним не разойдемся к тому времени, когда я получу право иметь второго ребенка. Если я такое право получу... Впрочем, в этом я не сомневаюсь. - Вы очень откровенны. - Разумеется. Какой смысл придумывать несуществующие секреты? Вот если бы... Ну, а чем бы вы хотели заняться сейчас? Они шли по коридору, пробитому в молочно-белой породе. Его отполированные стены были инкрустированы дымчатыми осколками "лунных топазов", которые валялись на лунной поверхности практически повсюду. Сандалии Селены, казалось, почти не прикасались к полу, а на землянине были башмаки на толстой утяжеленной свинцом подошве, и только благодаря им каждый шаг не был для него мукой. Движение в коридоре было одностороннее. Время от времени их нагоняли миниатюрные электромобили и бесшумно проносились мимо. Землянин сказал: - Чем бы я хотел заняться? У этого предложения слишком широкий спектр. Лучше задайте граничные условия, чтобы я ненароком не нарушил каких-либо запретов. - Вы физик? - Почему вы об этом спросили? - спросил землянин после нерешительной паузы. - Только чтобы услышать, как вы мне ответите. А что вы физик, я и так знаю. - Откуда? - А кто еще попросит задать "граничные условия"? Тем более что, едва попав на Луну, тот же человек в первую очередь пожелал осмотреть синхрофазотрон. |
