|
.. Кстати, а как же Луна? Какие еще нам нужны доказательства, что Земля вовсе не погрузилась в апатию? - Наоборот! - вскричал Монтес. - Лунная колония - это наследие эпохи, предшествовавшей перелому, последний бросок человечества вперед, а затем началось отступление. - Вы преувеличиваете, Монтес. - Не думаю. Земля отступила, человечество отступило повсюду, кроме Луны. Луна олицетворяет замечательнейшее завоевание человека не только физически, но и психологически. Это мир, где нет живой и уязвимой природы, где можно не опасаться нарушить хрупкое равновесие сложной среды обитания. На Луне все, что необходимо человеку, создано самим человеком. Луна - мир, сотворенный человеком с начала и до конца. У него нет прошлого. - Ну, и что же? - На Земле нам мешает тоска по пасторальному единению с природой, которого никогда в действительности и не было. Но даже существуй оно когда-то, возродить его все равно было бы невозможно. А у Луны нет прошлого, о котором можно мечтать или тосковать. Тут есть только одна дорога - вперед. Монтес, казалось, загорался от собственных слов все больше и больше. - Готтштейн, я наблюдал эти два года. Вам предстоит наблюдать тоже два года, если не больше. Луна охвачена огнем - огнем деятельности. Причем поле этой деятельности все время расширяется. И физически - каждый месяц бурятся все новые коридоры, оборудуются все новые жилые комплексы, обеспечивая дальнейший рост населения. И в смысле ресурсов - все время открываются новые строительные материалы, новые источники воды, новые залежи полезных ископаемых. Расширяются поля солнечных аккумуляторов, растут электронные заводы... Полагаю, вам известно, что эти десять тысяч человек здесь, на Луне, обеспечивают всю Землю миниэлектронными приборами и прекрасными биохимическими препаратами? - Да, я знаю, что это довольно важный их источник. - Земля предается приятному самообману. Луна - основной их источник. А в недалеком будущем может стать и единственным. Они здесь, на Луне, растут и интеллектуально. Готтштейн, я убежден, что на Земле не найдется ни одного начинающего молодого ученого, который иногда - а может быть, и далеко не иногда - не мечтал бы со временем уехать на Луну. Ведь во многих областях техники Луна начинает занимать ведущие позиции. - Вероятно, вы имеете в виду синхрофазотрон? - И его тоже. Когда был построен на Земле последний синхрофазотрон? И это лишь наиболее яркий пример, но отнюдь не единственно важный. И даже не самый важный. Если хотите знать, то решающий фактор в области науки на Луне - это... - Нечто столь секретное, что мне о нем не сообщили? - Нет. Нечто столь очевидное, что его просто не замечают. Я имею в виду десять тысяч интеллектов, отборных человеческих интеллектов, которые и по убеждению и по необходимости посвятили себя служению науке. Готтштейн беспокойно заерзал и хотел подвинуть стул. Но стул был привинчен к полу, и Готтштейн едва не соскользнул на ковер. Монтес удержал его за локоть. - Простите! - досадливо покраснев, пробормотал Готтштейн. - Ничего, вы скоро освоитесь со здешней силой тяжести. Но Готтштейн не слушал. - Согласитесь все-таки, что вы сильно преувеличиваете, Монтес. Ведь Земля - это вовсе не такая уж отсталая планета. Например, Электронный Насос. Он создан Землей. Ни один лунянин не принимал участия в работе над ним. Монтес покачал головой и пробормотал что-то по-испански - на своем родном языке. Судя по всему, что-то очень энергичное. |
