|
Через сорок минут мы уже покинули дважды обречённую ферму. За руль сел я, Алекс выглядит слишком уж несолидно, принять его за молодого солдата невозможно. А на Анджело слишком старая камуфляжка, к тому же с ястребом на рукаве. Впрочем, в предрассветных сумерках этого не разглядеть. Грузовик с полупьяными солдатами (они орали какую то песню) мы встретили уже при въезде в лес. Они на нас не отреагировали, ну и слава Мадонне. — Засекайте время, — сказал я Анджело, — минут через сорок взорвется. Он на мгновение отвернулся. — Угу. Кстати, давай на ты. — Хорошо, — улыбнулся я, — а почему ты хромаешь? — В воскресенье как рвануло, у меня трактор и взорвался, посекло немного. Проверка? — ухмыльнулся он. — Лучше поздно, чем никогда. Ты громко хлопаешь ушами, я б тебе влепил за это тысячу отжиманий. — Ну это уже четвертая проверка, — заметил я, — плюс логика. — Когда это ты успел? — Во первых, мы сами слышали, что они собирались вас жечь; если бы ты был их агент, они не стали бы этого делать. А в ловушку для нас я не верю, слишком много случайностей. Во вторых, дети — твои, если бы кто нибудь из них хоть секунду вел себя неестественно, мне бы уже намекнули. Сам я не смотрел. В третьих, когда я сказал, что скоро рванет, ты отвернулся. Если бы ты играл, разумнее было бы скрипнуть зубами так, чтобы я заметил. В четвёртых, обломки твоего трактора лежат на заднем дворе, а в пятых, расстегни комбинезон. Анжело хмыкнул и послушался. На груди у него под слоем заживляющего клея были видны полтора десятка неглубоких рваных ран примерно недельной давности. Сходится. В нулевых, и самых главных, замечательный пес Зонг назвал ферму своим домом, а Анджело — своим хозяином, но это не для публики. — Теперь ты можешь меня проверить, сержант, — заметил я. Анджело усмехнулся: — Для того чтобы убить моих, необязательно было тащить нас в лес. Я тебя проверил, когда нам встретились эти ублюдки. — Понятно. Отдалённый грохот взрыва мы услышали через полчаса. — Дом, наверно, остался цел, — утешил я Анджело, — и если они никого больше не пошлют, придется только соскрести со стен то, что осталось от этой партии придурков. Анджело кивнул. Глава 41 До нашей «автостоянки» мы добрались в половине десятого утра. — Дальше пешком, — предупредил я, — километра два. — Ясно, — кивнул Анджело, разглядывая неаккуратную груду наших трофеев, — нехорошо, что это здесь лежит, — заметил он. — Ну если они сюда доберутся, то грузовик демаскирует и сам по себе, — ответил я. — Это если он здесь. — Понял. Сегодня уберём. Наконец я познакомился с детьми Анджело: десятилетний Пьетро воспринимал это как славное приключение, сонные пятилетний Лино и трёхлетняя Анжела испуганно прижимались к матери. Младших детей придется перенести на руках. И ещё куча вещей и трофеи. И может, ещё Зонг не сумеет добраться сам — по болоту не поплаваешь. Ой ой ой. И тут меня осенило: — Эй, Лео, погляди в водительском ящике. Нет там монотросика? Нам надо километра четыре. И блоков для подвески. — Гениально! — воскликнул Алекс. — А корзиной будет этот чёртов котёл. — Конечно, есть, — спокойно заметил Лео из кабины. — Машина новая, полный комплект. Почему ты не придумал этого вчера?! — А ты? — огрызнулся я. — Я вообще не знал, что его можно привезти прямо сюда. — Значит, Алекс меня перехвалил, — так же спокойно ответил Лео. Я устыдился своей несдержанности. Алекс привязал тросик (в какой то слишком тонкой оплетке) к машине, достал необходимые детали и инструменты, критически осмотрел: — Все у этих кремонцев через… одно место. |
