|
Лео обернулся ко мне: — Энрик, ты снимешь с меня шкуру? — Вот ещё, — фыркнул я, — только ты лучше не убивай его сразу. Ну например, поджарь ему коленку — он и станет посговорчивее. — Хорошая идея, — согласился Лео и опустил бластер, как будто действительно собирался стрелять в ногу. — Ну?! — Я ничего не знаю! — Повторяю вопрос, — спокойно произнес Лео. — Зачем вы ехали в Мачерату? — Я должен был вывезти оттуда лейтенанта Бовино, это сын моего шефа, — паническим голосом ответил капитан. — Он такой, с придурью… — смущенно добавил он. Тфу ты, ну ты, и порученец — барахло, и поручение такое же. Лучше бы он его вывез, одним храбрым офицером с их стороны меньше, ну и падение боевого духа — генерал спасает своего сыночка. «Бог не хочет нашей погибели — бежим!» Значит, на самом верху уже поняли, что операция не удалась. — Что вы знаете об обстановке под Мачератой? — Лео продолжил допрос. Теперь это уже несложно, раз капитан ответил на один вопрос, ответит и на второй. — А вы не знаете? — догадался Коллеферро. Маленький выжженный кружок образовался на траве, рядом с ногой капитана. Капитан дернулся. — Я спросил, — процедил Лео сквозь зубы. — Ну они сражаются. У нас уже сообщили, что она взята, и генерал перебросил туда все резервы. Хочет побыстрее превратить ложь в правду. Ну я бы тоже так сделал. — Когда? — Три дня назад. Ещё до того, как мы здесь появились, пропустили самое главное. — Перечислите части. — Я не знаю! Маленький выжженный кружок образовался на траве рядом с другой ногой капитана. — Двенадцатый и шестнадцатый мотопехотные полки, третий артдивизион, он модернизированный. — То есть может воевать под стенкой? — Да. — Это ещё не всё. — Я больше ничего не знаю! — запаниковал пленный. Зря Лео на него наезжает: и так непонятно, как это маленький гарнизон Мачераты может противостоять двум полкам. — Ну ладно, — сказал Лео. Капитан облегчённо вздохнул. — Сколько ещё продержится стенка? — спросил я. — Сегодня у нас что? Двадцать седьмое? Ещё четыре дня. До второго. По расчётам Лео, так же. Хорошо. — Ясно. Вы сегодня въехали в нашу зону, когда ещё не стемнело? — полуутвердительно спросил я. — Нет, не стемнело, — с готовностью подтвердил пленный. — Вдоль шоссе фермы сожжены? — Э ээ, я не… Ну некоторые да. — Ясно. Вставайте. — Я же все сказал! Я пленный! Вы не можете! — Встать, — тихо приказал Лео. Капитан послушался. — Полезайте в кузов, — велел я насмешливо. Капитан втянул голову в плечи и, сопровождаемый Алексом и Гвидо, побрёл к машине. — Свяжите его как поросенка и заткните ему рот, чтоб не орал, — предложил я ребятам. — Но если влипнем, придется его убить. Лео дрожащими руками убирал бластер в карман. Я тоже чувствовал себя не лучше. — А если бы он не сломался? — спросил я. — Значит, не сломался, — со злостью ответил Лео. — Больше мы так не будем. Противно. Лео кивнул. — А когда пентатол ещё не изобрели, как с этим справлялись? — поинтересовался он. — Так и справлялись или ещё хуже. Капитана устроили в кузове, и ребята присоединились к нам для блиц совещания. — Ничего особенно интересного он не сказал, — заметил Лео. — А если он все это наврал? — спросил Гвидо. — «Какой великий артист погибает» , — процитировал я. |
