Оставив Фиону заниматься организационными вопросами, Деклан помчался в больницу. Рядом с ним, бледный и перепуганный, сидел Матти.

Эмили настояла на том, чтобы доктор Хэт сам подал угощение. В конце концов, приготовил-то его он, а не кто-нибудь другой.

Майкл оказался спокойным и задумчивым мужчиной. Он ненавязчиво расспрашивал ее о прошлой жизни. У американки возникло стойкое подозрение, будто он проверяет, подходит ли она его старине Хэту. Эмили надеялась, что произвела на гостя благоприятное впечатление. Он был таким славным и приятным собеседником, что ей ужасно не хотелось терять его расположение и дружбу.

Эмили удивилась, когда в кармане ее жакета запиликал телефон. Троица как раз сидела за столом. Она ни от кого не ждала звонка.

— Эмили, стряслась беда. Можешь побыть нянечкой? — в голосе Фионы звучал неприкрытый страх.

Эмили не колебалась ни секунды.

— Конечно. Уже бегу.

Она извинилась перед доктором и его гостем и бросилась вниз по улице.

Во дворе дома Кэрроллов царила суматоха. Лиззи плакала, сжимая в руках маленький чемоданчик; Фиона металась от двери дома Скарлеттов к своей и обратно. Хувз лаял, как сумасшедший. С заднего дворика Кэрроллов ему вторил Димплз. Деклан повез Матти в больницу. Вот-вот должно было подъехать такси, чтобы отвезти туда же Фиону и Лиззи.

— Я поеду в больницу вместе с Лиззи и побуду с нею, пока мы не узнаем, как Матти, — сообщила Фиона Эмили, едва та появилась во дворе.

— Можно, я побуду нянечкой в доме доктора Хэта? У него там в разгаре дружеский ужин, на который пригласили и меня.

— Конечно, Эмили. Прости меня. Я не хотела мешать…

— Все в порядке, не волнуйся. Два старых закоренелых холостяка и я. А ребенок снизит впечатляющий средний возраст. Удачи — и дайте нам знать…

— Хорошо, — отозвалась Фиона, и в эту минуту перед домом остановилось такси. Она схватила в охапку Лиззи и чемоданчик, затолкав обоих на заднее сиденье автомобиля. — Эмили, ты — прелесть. У меня нет слов. Положи ключ на старое место, под цветочным горшком.

— Поезжайте, не задерживайтесь, — скомандовала Эмили.

Влетев в дом Кэрроллов, она подхватила Джонни на руки из кроватки, стоявшей в передней комнате, и усадила его в коляску, пристегнув ремешками.

— Мы идем в гости к дяде Хэту и тете Эмили, — сказала она. Выехав за порог, она заперла входную дверь, а ключ аккуратно положила на прежнее место под цветочным горшком.

Маленький Джонни произвел должное впечатление на Хэта и Майкла. Малыш, утомленный долгой прогулкой, крепко заснул на диване доктора, и его накрыли одеялом, после чего ужин благополучно продолжился.

Подавая на стол десерт, Хэт признался, что меренги он приготовил не сам, а купил в местном кондитерском магазине.

— Думаю, ему бы сошло с рук, если бы он сказал, что сделал их, не так ли, Майкл? — сказала Эмили.

Майкл раскраснелся от вина и застольной беседы.

— Я готов поверить всему, что расскажет мне Хэт сегодня вечером, — просиял он, глядя на них обоих. — Никогда не видел, что человек менялся настолько разительно. Если так на тебя повлиял выход на пенсию, старина, то вперед, говорю тебе, а я постараюсь не отстать. И еще я восхищен тем, как ты ухаживаешь за детьми. В мое время не было ничего подобного, люди испытывали стресс, переутомление и были твердо уверены в том, что, кроме них, никто не способен присмотреть за их ребенком более двух минут кряду.

— Да, сейчас это считается большим искусством, — с гордостью заявил доктор.