Изменить размер шрифта - +
Дверь, когда-то высокая, двустворчатая, измочалена в щепу — словно какой-то психопат разворотил в приступе необузданной ярости. А

может, по зданию прогулялось какое-то огромное чудовище, круша все вокруг? Но о таких монстрах на Боровицкой сталкеру слышать не приходилось.
Олег прижал ладонь козырьком ко лбу, ткнул указательным пальцем перед собой: «Проверь». Ворчун поднес к стеклянным глазам защитной маски бинокль,

несколько секунд смотрел, застыв словно изваяние. Успокаивающий знак рукой: «чисто».
Олег и сам отлично видел, что никакой опасности в подъезде нет, но не хотел выпендриваться. Одно дело на поверхности, там пробиваются хоть какие-то

проблески с неба, пусть даже затянутого облаками. Можно списать на острое от природы ночное зрение. Но внутри зданий, особенно там, где отсутствуют

окна, темнота более вязкая. Глухая. Страшная. Разглядеть там что-либо без фонарика или без ПНВ нереально.
А Олег Бойко видел.
Уже двинувшись дальше, он краем глаза заметил, как возле соседнего здания, метрах в пятидесяти, неожиданно нарисовалось несколько светлых пятнышек.

Только что вокруг было абсолютно пусто, и вот появились гости… Точнее, хозяева этих мест. Гости на поверхности ночной Москвы — это люди.
Судя по небольшим размерам пятен — падальщики, кем-то в шутку прозванные дегустаторами, а потом сокращенные до дегов. Маленькие юркие твари размером

с кошку, но повадками в собак. Сами по себе не опасны, с человеком предпочитают не сталкиваться. Но деги — поводыри. И с теми, кого они порой

приводят, уже не стоит знакомиться ближе.
Сердце тревожно екнуло, и дурные предчувствия не замедлили подтвердиться.
Не медля, сталкер сбежал по лестнице, ведущей на полуподвальный этаж. Под ногами зашелестел мусор. Поворот. Очередная отсутствующая дверь. Работы

для ломика сегодня, определенно, не найдется — все нараспашку. Очертания помещения терялись в темноте. Неожиданно вспыхнул луч света —

чертыхнувшись, Олег едва успел зажмуриться: фонарик в руках Ворчуна вызвал резь в глазах, выжимая слезы. Вот неуправляемая скотина! Просил же

заранее свет не зажигать…
Олег беспокойно покосился на окна полуподвала, смотрящие на улицу вровень с тротуаром. Решетка, осколки стекол, налипший мусор. Возможно, никто не

заметит. Но кто знает…
— Бойко! Уверен, что привел куда нужно? — Колотов, словно дразня Олега с его страхами, отстегнул маску, открыв крупную грубоватую физиономию под

капюшоном.
Его низкий бас легко заполнил подвал, и Олегу нестерпимо захотелось врезать напарничку по зубам. Просто чтобы разрядить раздражение, с самого выхода

на поверхность копившееся в душе шершавым ватным комом, мешавшим дышать. Только в ответ Ворчучело, скорее всего, просто размажет его по стенке.
Насколько же проще ходить в одиночку, не подстраиваясь под чужие привычки!
В этом здании когда-то размещалась типография, а подвал, видимо, использовался как склад. Кругом разбитые стеллажи, сопревшие груды бумажного мусора

высотой по колено, истлевшие тюки с когда-то чистой бумагой, а теперь — с трухой, рассыпавшейся от любого движения воздуха. Сломанные стулья и столы

— будущая пища для костров или пожаров. Защелкал дозиметр — медленно, лениво, словно нехотя. Хлам был самую малость радиоактивен. Неопасно.
— Здесь, — Олег ткнул рукой в огромную груду прелой бумаги в углу.
— Уверен?
— Тебя заело, Ворчунидзе? Давай быстрее, — глухо прошипел Олег. Маска искажала голос, делала его неузнаваемым.
— Так, Димка, смотри за входом, — бросил Колотов стажеру.
Тот сразу присел на корточки, положил «калаш» на колени и уставился стеклами маски в сторону дверного проема, ведущего на лестницу.
Быстрый переход
Мы в Instagram