— Я не знаю, что сделаю, пока не выясню, по крайней мере, что его сюда привело. Не может же он быть неуязвимым — и мне нужно узнать его слабое место.

Она медленно кивнула.

— У каждого человека есть слабинка, — сказал Эндрю, помолчав. — И я полагаю, что лучшим способом выяснить это в отношении мистера Барвелла будет обратиться прямо к источнику информации. Он остановился у Фово?

— Да.

— Тогда… — Он поднялся, небрежно оттолкнув стул. — Думаю, мне следует придумать какое-то неотложное дело к майору Фово.

— Эндрю… — Она протянула руку и коснулась его рукава. — Мне действительно страшно. Барвеллы могут рассказать все, если захотят, они могут подарить колонии то, чего она ждала все эти годы.

Он наклонился и поцеловал ее в губы.

— Никто не причинит тебе вреда, пока у меня есть силы бороться с ними. А посему — не бойся, моя Сара.

И он ушел, оставив Сару сидеть за столом, уставившись перед собой, с нетронутым бокалом в руке. Он унес с собой часть ее страха; но главный страх — страх ее любви к Ричарду — остался с ней.

Сквозь настойчивый стук дождя за окном Сара услыхала осторожные шаги Эндрю на лестнице. Она присела в кровати и ждала, пока откроется дверь. Ручка тихо повернулась, и он вошел. Свеча у постели буйно заметалась в неожиданном сквозняке.

Он закрыл дверь и подошел к ней.

— Я надеялся, что ты постараешься заснуть, Сара. Не нужно было ждать… Уже так поздно.

Она наклонилась вперед, чтобы взять его за руку.

— Спать было невозможно, — сказала она. — Скажи же мне, какие новости?

Он опустился на кровать рядом с нею. На его волосах блестела влага, как будто он постоял под дождем с непокрытой головой; при свечах лицо его казалось очень загорелым и обветренным, являя резкий контраст с белоснежными рюшами рубашки.

— Новостей больше, чем я надеялся, — сказал он. — Я дал Фово слегка надуть меня в сделке насчет скота. Мы распили бутылку мадеры, и он разговорился. Он знает о Барвеллах гораздо больше, чем был готов рассказать тебе утром.

Эндрю вытянулся рядом и лежал, сжав руку Сары. Через несколько минут он снова взглянул на нее и сказал:

— Среди писем, привезенных «Быстрым», было письмо от друга Фово, который служил в полку Барвелла, — того самого, кто познакомил их. Кажется, у Барвеллов уже давно какие-то финансовые трудности. Им жилось неплохо, пока был жив сэр Джеффри и пока он их щедро снабжал деньгами. Но оказывается, у мистера Барвелла и его жены экстравагантные вкусы, и им трудно было сократить размах, к которому они привыкли, когда старик потерял большую часть своего состояния.

— Потерял? — сказала Сара. — Но каким образом?

— Его деньги были вложены в корабли. Два были захвачены французами в Проливе. Еще один пропал в Карибском море. Именье, конечно, заложено, и когда он умер, денег Элисон осталось мало.

— Итак?.. — Сара торопила его с рассказом.

— Итак, капитан и миссис Барвелл весело зажили на то, что оставалось, пока деньги не кончились. — Эндрю говорил медленно, как бы наслаждаясь рассказом. — Барвелл обнаружил, что офицерской зарплаты не хватит, чтобы долго содержать модницу, да еще и на то, чтобы удовлетворить те вкусы, которые он сам успел приобрести. В то время, когда приятель Фово писал письмо, они уже год жили у тетки Элисон, леди Линтон. Очевидно, сия добрая леди был а очень привязана к Барвеллу — судя по сообщениям, она совсем приручила его. Но, будучи женщиной здравомыслящей, а не просто светской львицей, она вскоре поняла, что из Барвелла ничего не выйдет, пока он полагается на ее поддержку.