— Мороз в воздухе, — поежился Джеффри. — Если Саймон не пойдет на приступ, так мне, ей-богу, захочется, чтобы он сделали вылазку, тогда мы, наконец, занялись бы делом. Саймон дал мне слово, что Рождество мы отпразднуем в Бельреми.

— Он всегда любил прихвастнуть, — отозвался Алан. — Молю Бога, чтобы мы вошли в Бельреми все вместе и невредимы.

— Этого не случится, если ты забудешь надеть свои доспехи, — съязвил Саймон. Его низкий, глубокий голос рассек тишину, как нож.

— Не понимаю, что они там — хотят умереть от истощения, что ли? — сказал Алан, глядя в сторону высящегося впереди черной тенью Бельреми. — Им неоткуда ждать помощи.

— Когда Умфрэвилл отвел от Алансона свое войско, они, возможно, запаслись продовольствием, — сказал Джеффри.

— К Новому году от них останутся кожа да кости, — уверенно сказал Алан. — Зимой голод и болезни не заставляют себя ждать. Лучше Саймону продолжать осаду и не терять зря людей.

— Осада не будет слишком долгой, — сказал Саймон.

Алан пристально взглянул на него из-под длинных ресниц.

— Что ты задумал, Саймон? Если пойдешь на приступ, понесешь большие потери, а продолжишь осаду — потери будет нести противник.

Саймон сжал его руку над запястьем, как тисками.

— Чепуха! Если я буду осаждать этот город до наступления голода, я войду в него по трупам детей. Я воюю не с детьми.

Алан молчал, пораженный. Заговорил стоявший по другую сторону от Саймона Джеффри:

— Так вот из-за чего ты рискнешь штурмовать город?

— Да, но я ничем не рискую. Я нанесу удар в самый удобный момент. Ложись спать, Джеффри, полночь уже миновала.

Джеффри потянулся.

— Устал я, — вздохнул он. — Твой большой подкоп уже почти достиг стен Бельреми.

— Он должен протянуться еще дальше, — сказал Саймон и тихо засмеялся, думая о чем-то, известном ему одному.

Алан и Джеффри удалились вместе.

— Что он намерен делать? — удивился Алан. — Готов поклясться, у него уже есть какой-то вполне определенный план.

— Да, но пока он ничего не говорит. Может быть, мы войдем в Бельреми через этот подкоп, который он так усердно роет.

— Что? И будем пойманы, как крысы в крысоловке? Нет, на Саймона это не похоже.

— Кто знает? Когда придет время, он скажет нам, что задумал, Если я правильно его понимаю, он пока еще окончательно ничего не решил. Одно я знаю точно…

Алан зевнул:

— И я. Что я должен лечь спать, а то засну и не проснусь. А что знаешь ты?

— Что мы войдем в Бельреми на Святки. Саймон что говорит, то и думает.

— Он ничего не говорит, пока не уверен, — сказал Алан. — Если он скажет мне, что хочет идти на Рождество Христово в ад и победить самого Сатану, я пойду с ним.

Джеффри перекрестился.

— По-моему, Бельреми будет не лучше ада.

— А леди Маргарет — не лучше Сатаны, — усмехнулся Алан.

Глава III

Взятие Бельреми

Саймон нанес удар за неделю до обещанного дня, и действия его были во всех отношениях характерны для его тактики. Сделанный им подкоп протянулся от лагеря под стенами города до небольшого пустыря в самом городе. Расчет Саймона был точен, а в основе расчета лежал черновой план города Бельреми. Два часа требовалось на то, чтобы проделать выход из этого подземного хода.