Карсон уже не орал, а смотрел, как Булт говорит что-то в свой журнал. - Да, кстати, мне следует ознакомить вас с остальными правилами. Никаких личностных голо или фотографий, никаких сувениров, цветов не рвать, фауну не убивать.
- А если на нас нападет опасное животное?
- Вам предоставляется выбор. Если, по-вашему, вы переживете инфаркт, который получите, увидев цифру штрафа и все отчетности, которые должны заполнить, то валяйте. Но проще позволить ему убить вас.
Он опять посмотрел на меня с подозрением.
- Там, куда мы направляемся, опасных животных быть не должно, - сказала я.
- Ну а кусаки?
- Дальше на север. Да и вообще ф-и-ф практически опасности не представляют, а туземы народ мирный. Обчистят вас до нитки, но физического вреда не причинят. Мик носите не снимая. - Я протянула руку, сняла с него мик и опять повесила ему на грудь, только ниже. - Если отобьетесь, оставайтесь на месте. Не пытайтесь никого искать. Лучший способ погибнуть.
- Но вы же сказали, что ф-и-ф опасности не представляют.
- Так и есть. Но мы отправляемся в неразведанные земли. А это подразумевает обвалы, молнии, дорожников, пропасти, сели. Можете ободрать руку о щетинник и заработать сепсис или забраться слишком далеко на север и замерзнуть насмерть.
- Или оказаться на пути спаниковавших багажников.
Про них-то он откуда знает? Наверное, выпрыгушки или как их там.
- Или забрести в такую глушь, где вас никто никогда не разыщет, как случилось с Сегура, напарником Стюарта, - сказала я. - И в вашу честь даже обрыва не назовут, а потому оставайтесь на месте, через двадцать четыре часа вызывайте КейДжей, и она прилетит за вами.
- Знаю. - Он кивнул.
Нет, надо выяснить, что такое эти выпрыгушки.
- Вызывайте КейДжей, - повторила я, - и предоставьте ей позаботиться о том, чтобы отыскать нас. Если получите травму и не сможете ее вызвать, она запеленгует вас по вашему мику.
Я помолчала, соображая, о чем еще его следует предупредить. Карсон снова разорался на Булта - я его даже тут слышала.
- Никаких подношений туземам, - сказала я. - Не учите их, как изготовить колесо или прялку. Если вы вычислите, к какому полу принадлежит Булт, никаких братаний. И не орать на туземов, - сказала я, глядя на Карсона.
Он шел к нам, и его усы снова подрагивали, но как будто не от смеха.
- Булт говорит, что тут мы переправиться не можем, что тут в Стене пролома нет.
- А когда мы сверялись по карте, он сказал, что есть, - заметила я.
- Он говорит, его заделали. Он говорит, что нам надо двинуться на юг к другому пролому. Сколько до него?
- Десять кмов, - ответила я.
- Дерьмо мое, на это все утро уйдет! - сказал он, щурясь на Стену. Когда мы составляли карту, он ни о каких починках не говорил. Свяжись с КейДжей. Может, она ее щелкнула.
- Нет, - сказала я. Повернув на север к сектору 248-76, снять начало нашего маршрута она никак не могла.
- Черт дери! - Он сдернул шляпу, словно намереваясь швырнуть ее наземь, но тут же передумал, а только поглядел на меня и затопал назад к Языку.
- Оставайтесь тут, - сказала я Эву, спешилась и нагнала Карсона. Думаешь, Булт сообразил, что к чему? - спросила я у Карсона, едва мы отошли от Эва на достаточное расстояние.
- Не исключено, - сказал он. - Что будем делать?
Я пожала плечами:
- Отправимся на юг к следующему пролому. Расстояние не больше, чем до северных притоков, а к тому времени выяснится, надо ли нам проверить двести сорок восемь семьдесят шесть. Я поручила КейДжей сделать снимки. Я взглянула на Булта, который все еще говорил в свой журнал. - Может, он ничего не сообразил, а просто на том пути наберется больше штрафов.
- Чего нам только и не хватает для полного счастья, - буркнул он.
И был прав. Штрафы отбытия достигли девятисот, и на их подсчет ушло полчаса. Затем Булт потратил еще полчаса, чтобы нагрузить своего пони, решить, что без зонтика ему никак не обойтись, все снять, разыскивая его, а затем вновь все навьючить. |