Вот ваш окончательный рабочий сценарий:

Сейчас осталось только десять, а не одиннадцать самолетов. Согласно сообщению от старика мисс Х. на прошлой неделе один из них разбился.

Восход солнца в СБ завтра в 5. 22.

Там ожидается сильная облачность. Это ведь хорошо, верно? Значит, вам легче будет укрыться. В любом случае, ради Бога, не рискуйте. Вы слышите меня?

И когда вы вернетесь, если меня не будет, не говорите ни с кем. Помалкивайте, пока я не смогу сказать вам, что говорить.

Позаботьтесь о себе, Кейт.

Джи Би"

Я усмехнулся. Стиль письма вполне соответствовал натуре Джи Би.

Потом я пожал плечами, сунул письмо в карман и огляделся. Луис и мисс Хименес о чем-то тихо беседовали в бомбовом отсеке.

– Они не приедут, – сказал я.

Луис кивнул с таким видом, словно это не было для него неожиданностью, а потом сказал:

– Хуанита очень хочет посмотреть, как работает сеть.

– Я сам бы хотел. Полезайте внутрь и нажмите рычаг.

– О, нет, мой друг. Я сам хочу посмотреть.

Он повернулся к мисс Хименес.

– Хуанита – может быть вы будете так добры и нажмете кнопку, которая завтра нанесет удар ради дела вашего отца?

Глаза ее засверкали. Она была просто в восторге.

– Вы говорите, как змея с раздвоенным языком, – прошептал я, вспомнив фразу из какого-то вестерна Уолта Уитмора.

– Я загружал эту сеть, – отрезал он, – своими собственными руками. Я хочу видеть. – Он подсадил ее в носовой люк.

Я отогнал машину компании подальше, так как это должна была быть строго частная демонстрация. Луис снова выбрался из люка.

– Думаю, она поняла основную мысль. Я сказал, чтобы...

Она поняла.

Сеть неожиданно вывалилась под бомбовый отсек, затем на асфальт взлетной полосы с грохотом посыпались кирпичи. Вокруг самолета поднялась туча желтой пыли.

– Задержка примерно на полсекунды. Это означает, что мне лучше выбросить их... – Я попытался сообразить, где именно.

– Боже мой, работает, – воскликнул Луис.

Но для того, чтобы наполнить все четыре сети грязными тяжелыми кирпичами с острыми краями, нам пришлось работать при свете автомобильных фар машины, на которой приехала мисс Хименес. Во всяком случае, если профсоюз укладчиков кирпичей захочет отстранить меня от работы, я выйду на улицу и начну пикетирование в знак протеста.

Мисс Хименес не выдержала до конца погрузки: видимо о грязных тяжелых мелких деталях войны Клаузевиц ничего не говорил. С наступлением сумерек она уехала.

К тому моменту, когда мы с Луисом почистились и уселись за длинной стойкой бара в отеле "Плантация", было уже восемь вечера.

Он задумчиво заметил:

– У вас могут возникнуть определенные проблемы с сетями, которые будут свешиваться вниз, после того, как выпадут кирпичи.

Я это уже понял, но пока не видел способа решить возникшую задачу.

– Может быть, это не так уж плохо. В случае необходимости вы можете попытаться открыть бомбовый отсек и пожарным топором перерубить и сбросить сети.

Это предложение явно вызвало у него сомнения, но он хмыкнул и спросил:

– Когда вылетаем?

Я вытащил письмо Джи Би из кармана и расправил его.

– Восход солнца в пять двадцать две – так что примерно за пятнадцать минут до этого света для проведения атаки будет достаточно. Скажем, в пять часов пять минут. Расстояние составляет четыреста пятьдесят миль; два с половиной часа нормального полета. Давайте назначим взлет на два часа, оставив себе полчаса в запасе на случай плохой погоды, того, что мы заблудимся, или что у нас отвалится крыло.