Изменить размер шрифта - +
Бегай лучше к училкам!

«Маман» в штуку хлестнула «Колобка» полотенцем, но сама не смогла скрыть улыбки. Мне нравилось наблюдать за своими новыми родителями. А ведь они еще молодые! Бате чуть за сорок, еще крепок и вон какие мышцы на руках. Мама в лучшей женской поре, фигуристая «баба ягодка опять». Тонкое платье не скрывало геометрии тела. Да и легка на подъем. На душе было покойно и радостно. Вот если бы попал в тридцатые годы, то впереди маячил полный звиздец.

Мне в этом мире нравилось. Интересная тусовка, солнце за бортом, и большое будущее впереди. Осталось придумать шаги, ведущие к карьере ответственного комсомольского или партийного вожака. Я буду Секретарем!

 

Глава 2

Двор

 

Ноги несут меня вдоль поля стадиона, кеды мягко похрустывали по засыпке. Дыхание уже не спирает, как месяцем ранее, августовский ветерок бодрит. Настроение прекрасное! Я пошел на третий круг. Неплохое достижение за месяц. Набирающий стать молодой организм чутко реагировал на физические упражнения, которых ему так не хватало. Тем более что еще не был испорчен табачным курением и прочими излишествами.

— Ты какой круг бежишь?

— На четвертый пошел. Илья, присоединяйся!

Рядом на беговой дорожке появился закадычный школьный дружок «Степаныча». Если кто помнит фантастический сериал восьмидесятых «Гостья из будущего», то был там приятель главного героя Фима Королев. Такой плотненький, но невероятно живой паренек. Так это и есть Илья Верховцев, мой единственный пока здесь друг. То бишь кореш здешнего Несмеянова, в тело которого я по злостному навету был помещен. Хотя нет, зря жалуюсь. Были времена похуже. Попал бы в тело русского пацана, чьи родители жили в Таджикистане в девяносто первом. Не факт, что удалось бы ноги унести. Или в тело срочника Майкопской бригады в декабре девяносто четвертого. Потом мою горелую тушку напечатали бы во всех газетах. Нет, уж лучше я здесь.

— Ну ты кабаняра! Пять собираешься делать?

— Не, — качаю головой, — пока и четырех хватит. Сегодня по плану силовые.

— Тогда пошли.

Илья заметно пыхтит, со стороны выглядит в своей советской форме смешно. Это те так называемые «треники» записных алкоголиков. У них и в самом деле со временем вытягивались коленки. Просто в детстве было не так заметно, ибо мы слишком быстро вырастаем. Но семья Ильи не так зажиточна. Зато майки у нас одинаковые — синие. Верховцев молодец, меня во всем поддерживает. Даже во сущей ерунде. Встретились два одиночества. Но так часто бывает. Никому особо не нужные в коллективе, не самые настырные, они обычно в школьной жизни остаются на обочине. Поэтому в дальнейшем не общаются с одноклассниками и не любят вспоминать школу. Быть изгоями там не значит, стать ими во взрослой жизни. Просто там у тебя выбор больше и самостоятельней. Хотя у тихих троечников обычно путь прост и незамысловат. Это я уже с высоты прожитого утверждаю. Ну не быть им начальниками или ценными специалистами. Там требуются иные навыки. В том числе умение прогрызать железобетон многочисленных препон.

— Фима, следи за дыханием.

— Ага.

Илья недоуменно покосился в мою сторону. Иногда я начинаю называть его героем из фильма. Ну очень похож, особенно по темпераменту. Он вечно о чем-то беспокоиться, суетится и боится опоздать. «Гостью из будущего» я смотрел в совсем юном возрасте, поэтому вошла она «На ура». Помню, песню «Прекрасное далеко» услышал спустя много лет. И так вдруг стало душно и одиноко. А ведь уже не мальчик, можно сказать — зубр! Но все мы в душе остаёмся детьми до самой смерти. Это я теперь точно могу сказать.

— Переходим на шаг. Не тормози, Фима.

Внезапно неподалеку раздается звонкий девичий голос:

— Верховцев, что случилось в этом мире? Ты и физкультура!

Илья обреченно выдыхает:

— Ростикова.

Быстрый переход