Действительно, в день пропажи на Лизе было именно такое украшение. Я сразу вспомнила, что читала об этом в деле.

– А что с одеждой? Она совпала с тем, во что была одета Фролова в день пропажи?

– Одежды на ней не было. Это все, что я пока знаю. Увы, – ответил мне Кирьянов и развел руками.

– Родителей уже вызвали для взятия ДНК? – спросила я.

– Да, я им позвонил. Скоро должны подъехать. И что ты можешь об этом всем сказать? У кого мог быть мотив убить ее?

– Вов, погоди с выводами. Может, это и не она. Надо дождаться результатов ДНК.

– Предварительно, смерть наступила от удара тупым предметом по голове. Об этом рассказал мне сегодня наш медэксперт. Я склонен ему верить, потому что обычно его профессиональное чутье не подводит, – заверил меня Кирьянов.

– А цепочку проверяли на отпечатки пальцев?

– Да, эксперт обнаружил на кулоне фрагмент отпечатка. Но в нашей базе совпадений не найдено. Теперь рассказывай, что ты узнала? То, что не знаем мы.

– У меня есть основания предполагать, что Лизу похитили, – начала я. – И не одну, а с подругой – однокурсницей Мариной Игнатьевой.

– Так… Это что-то новое. Рассказывай. И почему же ты молчала?

– Володя, сначала выслушай меня спокойно. Вопросы будешь задавать после, – начала я.

– Хорошо, – Кирьянов напрягся и приготовился слушать.

– Кому-то, видимо, невыгодно, чтобы я расследовала это дело.

Володя насторожился еще больше.

– Кому? – нахмурил он брови.

– Володь, я же сказала, все вопросы потом. В общем, за последнюю неделю я получила два звонка с угрозами. Звонивший с неизвестного номера требует, чтобы я прекратила расследование. И тот велосипедист, который сбил меня…

– Сбил тебя? Когда? – Кирьянов аж подскочил со стула.

– Вчера. Это произошло около моего дома. Но дело сейчас не в этом. Сам того не понимая, этот человек, который мне звонил, проговорился. Он спросил меня, неужели жизнь этих девчонок мне дороже собственной? Понимаешь? И что значат слова «жизнь девчонок»? Они живы?

– Ты меня до инфаркта доведешь, Иванова! – Володя достал платок из кармана брюк и вытер им пот со лба. – Предположим, что это действительно так. Как ты это сможешь доказать? Хотя, на мой взгляд, маловероятно, что девушка жива. Семь лет прошло. Где они могли быть все это время?

– Да где угодно. Например, попали в плен. Я выясню, но мне нужно время.

Кирьянов явно скептически отнесся к моим догадкам. Его больше обеспокоило то, что на меня было совершено нападение.

– Почему ты сразу не рассказала мне о нападении? Тебе нужна защита. Давай я приставлю к тебе человека.

– Вот именно поэтому и не сказала. Мне не нужна защита. Я взрослая девочка и могу за себя постоять. Уж кому, как не тебе, это знать, – дала я понять Володе, что настроена решительно.

Наш разговор прервал тихий стук в дверь.

– Здравствуйте, можно? – услышала я растерянный голос Инны Николаевны. – Мы – Фроловы.

– Да, конечно. Проходите, присаживайтесь, – пригласил их в кабинет Володя.

Я встала со стула и отошла к окну. Инна смотрела то на меня, то на Кирьянова непонимающим взглядом. Ее глаза были наполнены испугом. Под локоть ее держал мужчина, по всей видимости, отец Лизы. Внешне он выглядел лет на десять старше Инны Николаевны. Высокий, седой, немного сутулый. Я сразу обратила внимание, что Лиза очень на него похожа.