– В детском доме о ней отзываются хорошо. Соседка по общежитию говорила, что проблем Марина не доставляла. Подруга у нее была только одна – Лиза.

– В общем, была идеальной и ни в чем плохом не замечена, – подытожил Кирьянов.

– Ну, не совсем, – возразила я. – Директор детдома рассказывала, что Марина пару раз убегала, но ее оба раза возвращали обратно.

– Так она беглянка… Может, она подговорила подругу сбежать, а потом, когда все пошло не по плану, убила ее? – умозаключил Кирьянов.

– Я тоже так думала, но все же склоняюсь к тому, что они стали жертвами одного похищения.

– Поживем, как говорится, увидим. В любом случае надо подождать три дня. Пока не узнаем результаты. А тебе, Тань, я настоятельно советую быть осторожнее. Не хватало еще и твое убийство расследовать. Шучу, конечно, – в глазах Кирьянова не было ни единого намека на шутку.

– Я уже жалею, что рассказала об этом. И кому, как не тебе, знать, что подобные угрозы меня не останавливали никогда. Скорее, наоборот, заводили. С еще большим рвением буду расследовать это дело.

– Вот поэтому и прошу быть начеку.

На этом мы распрощались. Не хотелось больше слушать его нравоучения. У меня сейчас было одно желание – поскорее доехать до дома и снять это ужасное платье. Рулить в таком наряде было жутко неудобно. Тонкие лямки врезались мне в плечи, и сильно сдавливало в ребрах.

Подъезжая к своему дому, я заметила в зеркале заднего вида автомобиль с включенным двигателем. Определенно, это не был кто-то из соседей, потому что все местные автомобили я знаю. За рулем сидел мужчина. Из-за того, что на улице уже стемнело, я не смогла разглядеть его лицо. Поэтому решила проехаться вокруг дома и вернуться через какое-то время. Когда спустя пять минут снова подъехала к своему подъезду, автомобиль стоял на том же месте.

Достав из сумки пистолет, я переложила его в карман своей куртки. Закрыв машину, я не спеша пошла в сторону подъезда. Краем глаза я увидела, как из подозрительного автомобиля вышел мужчина высокого роста, одетый в черную куртку. На голове у него был капюшон. Я ускорила шаг. Во дворе была такая тишина, что я услышала, как незнакомец зашагал быстрее. Как только он приблизился ко мне сзади, я резко обернулась и на него наставила пистолет.

– Вы кто такой? – выкрикнула я.

– Эй, погоди, не стреляй! – его голос показался мне знакомым. – Это же я, Матвей. Таня, убери, пожалуйста, пистолет. Иначе кто-нибудь подумает, что я преступник.

Вот кого я действительно не ожидала увидеть сейчас, так это его. Он опустил капюшон и посмотрел на меня глазами доброго сенбернара.

– Ты слишком бесстрашный, если подкрадываешься в темноте к девушке, у которой в руке пистолет. И что ты тут делаешь? – спросила я, убирая пистолет в сумку.

С момента нашей ссоры прошло несколько часов. Поэтому еще были свежи воспоминания о последних минутах, проведенных вместе.

– Приехал извиниться. Не очень хорошо получилось сегодня у меня дома.

Я не понимала, говорил Матвей искренне или он просто хороший актер.

– Я не ожидала от тебя такого, – я все еще злилась на него.

– Прости. Я сам от себя такого не ожидал. Не понимаю, что со мной произошло. Наверное, сливовое вино так на меня подействовало. Надо направить претензию производителю. И я действительно сожалею. Иначе не приехал бы сюда, – он взял меня за руку, но я демонстративно ее отдернула.

– Кстати, как ты узнал, где я живу? Я не помню, чтобы давала тебе своего адреса, – спросила я Матвея.