– Нет уж, лучше я останусь дома, – ответила мужу Сесили, понимая, как сильно она разочарует свою мать, когда та узнает, что ее дочь пропустила самое сенсационное судебное разбирательство последних лет. А Сесили гораздо больше нравилось наблюдать за тем, как растет Стелла, ей ведь уже почти шесть месяцев. За минувшие месяцы тщедушный заморыш уже успел превратиться в прелестное пухлое создание, каждое движение которого несказанно умиляло Сесили. Резвая, смышленая девочка… Сесили клала ее на одеяло, которое расстилала в саду под кроной хинного дерева, а потом часами любовалась живыми глазками Стеллы, так похожими на глаза ее матери. Девочка внимательно следила за тем, как плывут по небу облака, вслушивалась в веселое щебетанье птиц, доносившееся с ветвей дерева. Вульфи, тот просто обжал малышку и по ночам бдительно караулил ее, укладываясь под дверями детской.

– Ты так много времени проводишь со Стеллой, – заметила как-то раз Кэтрин, которая должна была родить буквально со дня на день, а потому ее визиты к подруге становились все реже и реже. Вот и сейчас малышка удобно устроилась на коленях Сесили, пока обе подруги разговаривали, сидя на веранде.

– У Ланкенуа полно работы в доме, надо же кому-то в это время присматривать за ребенком. А таскать ее повсюду за собой в переноске неудобно, она ведь тяжеленькая, – быстро нашлась в ответ Сесили.

Кэтрин бросила на подругу внимательный взгляд.

– Имя довольно необычное для масаи – Стелла, ты не находишь?

– Вообще-то ее настоящее имя Ньяла, что означает «звезда». Красиво звучит, да? А Стелла – это латинский вариант имени, – с легкостью соврала Сесили.

– Смотри, не привязывайся к ребенку слишком сильно, иначе кончишь тем, что будешь заниматься ею день и ночь. А сейчас получается, что ты просто сменила работу по дому на обязанности няньки. Я права?

– О, я совсем не против понянчиться с девочкой какое-то время. В конце концов, это гораздо легче, чем скоблить полы, – улыбнулась в ответ Сесили.

* * *

– Ну, вот! Суд наконец удалился, чтобы посовещаться касательно своего вердикта, – сообщил Билл жене пару месяцев спустя в очередном телефонном разговоре. – Честно говоря, меня сейчас уже мало занимает, каким будет их приговор. За минувшие месяцы процесс превратился в самый настоящий цирк, и я страшно рад, что весь этот балаган наконец закончится.

– А как ты думаешь, какое они примут решение? – осторожно поинтересовалась Сесили у мужа, отправив очередную ложечку тертого яблока в ротик Стеллы, а другой рукой придерживая возле уха телефонную трубку.

– Улик против него более чем достаточно, но его защитник Моррис произнес просто блистательную речь на заключительном заседании. Воистину, он заслужил весь свой гонорар, который положила ему Диана, заслужил до последнего пенса. В любом случае я тут же перезвоню тебе после оглашения приговора. Надеюсь, что хоть сейчас душа бедняги Джосса упокоится наконец-то с миром.

– И я тоже очень на это надеюсь, – пробормотала Сесили и положила трубку на рычаг. А про себя подумала: и что Билл тоже наконец успокоится.

* * *

– Его оправдали! – Очередной звонок Билла прозвучал в десять часов вечера того же дня. – Словом, его не повесят после всех этих месяцев неопределенности.

– Чудеса, да и только! – согласилась с мужем Сесили. – Думаю, большинство людей ожидали, что его признают виновным.

– Ожидали, да, но… Если честно, то после того, как я выслушал всех свидетелей, я, признаюсь, тоже стал сомневаться в его виновности. В любом случае я страшно рад, что все наконец закончилось.