– Добрый день, Сесили, – поздоровался с ней отец. – А мы тут со Стеллой разглядываем мой географический атлас. Я даже постарался показать ей, как рычит лев, а потом она попросила меня озвучить зебру, и я издал звук, как мне кажется, очень похожий на те, что издают зебры, но, судя по всему, вы, маленькая мисс, так не считаете, да? – закончил Вальтер, улыбнувшись девочке, а та тут же сползла с его колен и бросилась навстречу Сесили.

– Ты, Стелла, не сильно тут надоела мистеру Хантли-Моргану?

– Ничуть она мне не надоела, – ответил вместо девочки Вальтер. – Я ее обнаружил в своем кабинете за разглядыванием книг на стеллажах, и мы чудесно провели время вместе. Кстати, я попросил ее впредь называть меня просто Вальтером. Верно?

Стелла стеснительно кивнула головой.

– Она очень славная девочка, Сесили. И очень смышленая к тому же. Когда вы вернетесь в Кению, наверное, мать отправит ее в школу?

– Папа, в Кении пока нет школ для таких детей, как Стелла, но я стараюсь заниматься с ней индивидуально, учу ее читать и писать.

– Она обучает меня арифметике, – подала голос девочка, и ее лицо моментально стало серьезным.

– Вот как? Тогда давай поиграем в одну игру, в которую мы когда-то играли с Сесили, когда она была маленькой. Не возражаешь? Дважды два – сколько будет?

– Четыре.

– А три плюс четыре?

– Семь.

– Восемь и пять?

– Тринадцать, – без запинки ответила Стелла.

– Молодец! – улыбнулся Вальтер. – А давай-ка я усложню немного свои вопросы, ладно?

Через двадцать минут Вальтер шутливо поднял руки вверх, демонстрируя свое полное поражение, а Стелла продолжала горячо настаивать на том, чтобы он продолжил спрашивать ее.

– У меня, милая, уже закончились все вопросы, но ты действительно большая умница. На все вопросы дала правильные ответы. – Вальтер бросил взгляд на дочь. – А теперь обе ступайте к себе. Я тут ожидаю с минуты на минуту одного посетителя.

– Мне нравится Вальтер, – разоткровенничалась Стелла, когда они вместе отправились на кухню в поисках Ланкенуа. – Во всяком случае, он мне нравится гораздо больше, чем миссис Хантли-Морган, – добавила она, слегка пожав плечами, и тут же вперила свой взгляд в шоколадный торт, стоявший посреди кухонного стола. – А вот это мне нравится больше всего! – хихикнула она, указав пальчиком на торт.

– Как ты себя чувствуешь, Ланкенуа? – поинтересовалась Сесили.

– Хорошо, – кивнула в ответ Ланкенуа. – А когда мы вернемся домой, миссис Сесили?

– О, уже совсем скоро, через несколько недель, – ответила та и посмотрела на Мэри: – Ты бы не могла подать мне кофе в комнату? Ровно в пять я снова уезжаю, а мне еще надо переодеться.

– Конечно, мисс Сесили. Сейчас подам.

У себя в комнате Сесили замерла возле зеркала, прикидывая, что бы ей сегодня надеть на встречу бывших выпускниц колледжа Вассар. Насколько она помнит, Розалинда всегда была равнодушна к моде, а потому в итоге Сесили остановила свой выбор на простеньком черном платье для коктейлей. Быстро выпила свой кофе и попросила Мэри, чтобы та велела Арчи подать машину к подъезду. По дороге в Бруклин Сесили заметно нервничала, так как по-прежнему не представляла себе, с какой целью Розалинда пригласила ее к себе. Адрес, по которому она проживала в Бруклине, стал, по словам Присциллы, в последнее время очень модным, особенно среди молодежи. Правда, как заметила Доротея, там до сих пор полно ирландцев. Их семьи продолжают жить в своих старых домах и после того, как было завершено строительство Бруклинского моста.