И последняя причина или, скорее, байка. Сама Вездесущая не хочет, чтобы технологические миры вливались в сообщество. Почему? Потому что они превращаются в Гегемонов.

Примерно пару тысячелетий назад с небольшим промежутком времени три технологических мира все-таки смогли пережить Испытание. Избавившись от порталов, их жители начали ускоренно восстанавливать цивилизацию.

Вслед за этим началось масштабное изучение и освоение новых горизонтов, даруемых энергиями атрибутов и трансцендентными материалами, во всем превосходящими обычные.

Научно-технический прогресс, получивший такой пинок, не то что разбил так называемый «стеклянный потолок», он просто рванул вверх, поднимая развитие тогда еще никому неизвестных народов.

Казалось бы, что мешало обычным магическим мирам получить аналогичное развитие? Однако технологические цивилизации рождали совсем иной подход к распространению и обмену информацией. Без преувеличения можно сказать, что умение работать с информацией, а также верно и вовремя её реализовывать — это одна из сильнейших сторон миров техно.

В то время как в магическом мастер будет всю жизнь скрывать свои секреты и вполне возможно унесет их с собой в могилу, в технологической цивилизации его мгновенно запатентуют и продадут всем нуждающимся. Это рождало экспоненциальный рост, вместо «болотного» застоя миров «меча и магии».

Среди мирового сообщества три техно мира впервые заявили о себе артефактами, экипировкой и другой высокотехнологичной продукцией. Недорогой, но качественной, хоть и не хватавшей с неба звезд, как штучные изделия великих артефакторов. Продукция эта поставлялась в большом количестве, тут же обретя популярность у среднего класса адептов.

Так начался подъем техно, что позже стали Гегемонами. С репутации ремесленников и торгашей, пользуясь вполне обычной схемой вытягивания сырья в обмен на готовую продукцию, они быстро набрали финансовую мощь, став преуспевающими и богатыми мирами.

Вот только этого, похоже, их властителям оказалось мало. Они не забывали, что в мирах Вездесущей финансовая власть не является истинной мощью. Будущим Гегемонам требовалось конвертировать её, и они начали свое восхождение. А Орден стал его первой ступенью…

— Как только Орден порталистов стал ассоциироваться именно с Гегемоном Атари, самым сильнейшим из них, этит миры получили первую реальную власть, — Миана наверняка рассказывала по памяти, — а дальше было наращивание собственной военной мощи, освобождение плеяды миров Хэвис, как первый военный успех, обеспечивший Гегемонам собственную сырьевую базу очень важных ресурсов, и установление торговых контактов с мирами Богов и много чего еще.

— И что, Гегемоны теперь властвую всеми мирами среди Вездесущей? — спросил Артем.

— Нет конечно, но среди сообществ миров антропоморфных рас, как наиболее близких друг другу, их политика задает вектор, — пояснила девушка. — Помимо антропоморфов есть еще целый океан миров, населённых разными существами, порой, настолько странными, что с ними и контакт невозможен.

— Хм-м, звучит, как будто они не такие уж и плохие ребята, — пожал плечами Артём.

— Её слова — это лишь верхушка их гнилой сути и официальная версия, — вступил в разговор Шаффет. — Сейчас Гегемоны — это крупнейший экспортер оружия и экипировки, который избавляется от конкурентов весьма грязными методами. Они лезут своими лапами в дела любых миров, где простираются их интересы. Да что далеко ходить, то же «освобождение» Хэвис.

— Первый раз слышу о таком, — игрок с нетерпением ожидал пояснения.

— Среди адептов это событие называют «предательством Хэвис», — Шаффет с насмешкой перевел взгляд на мечника. — Именно на праздник к годовщине этой бойни скоро отправится Лиакр.