Затем его накормили бульоном, и настоятельно влили стакан красного вина, после чего Николай просто вырубился, но к обеду проснулся и чувствовал себя намного лучше.

А после началась длинная череда визитов. Доктор со свитой помощников, внимательно осмотрел повязку, проверил руку, и похвалив хирурга, присутствовавшего здесь же, пожелал выздоровления Николаю, после чего удалился. Но покой был недолгим. С разрывом в полчаса, появились Елена Аматуни, княжна Долгорукая, родители, и даже какой-то мужчина в парадном камзоле, представившийся обер-распорядителем, и долго расспрашивавший боярича о пожеланиях, и просьбах. Несмотря на то, что просьба у Николая была одна — оставить его в покое, он стоически вытерпел все посещения, и даже в меру шутил. Несмотря на то, что все расспрашивали о причинах автокатастрофы, у Белоусова создалось впечатление, что истинную причину его пребывания в больнице, знали, как минимум родители, княжна, и доброжелательный, как только что наевшийся тигр, обер-распорядитель.

А через два дня, когда он уже мог нормально ходить, в палату пожаловал сам князь Голицын.

С каким-то непонятным выражением осмотрев палату, он присел на кресло, поставленное рядом с кроватью, и раскрыл папку, лежавшую на коленях.

— Знаете, я, когда просил вас разобраться с этим похищением в Физическом Институте, полагал, что вы, создадите хорошую завесу для работы настоящих профессионалов. Начальник департамента Сыскной полиции Господин Кошко, уверял меня, что кроме тех, кто работает в здании, не мог сего сделать, и все силы они бросили на выяснения всей подноготной каждого работника, и обыск квартир подозреваемых. И вот, у них подробнейшее досье на пятерых работников и их семейства, а искомая радиостанция у вас. Кстати, узнаёте? — Князь подал пару фотокарточек, на которых Николай узнал мадемуазель Блорди, и её брата или кем он там ей приходился. Только оба на карточках были в военной форме французской армии. — Майор Жослен де Фиори, и лейтенант Катарина Пейрак. Сотрудники Второго Бюро Французского Генштаба.

— Как, этого Жослена, взяли живым? — Спросил Николай, разглядывая фото.

— Взяли, голубчика. — Князь усмехнулся. — Собственно его целью было отвлечь внимание от мадемуазель Пейрак, которая должна была покинуть цирк, на автомобиле, и скрыться на конспиративной квартире. Поэтому уже через десять минут, когда он посчитал, что сделал всё что нужно — сдался полиции. Ну чуть попортили ему внешность, но это так, от усердия. Так что он теперь сидит в камере, как и его сообщница, и рассказывает всякие сказки. Но это уж точно не ваша забота. Там не только спецы из нашего генштаба, но и из Тайной Канцелярии подключились.

Так что благодаря вам, у Генерального Штаба не фитиль в штанах, а настоящие именины сердца. Не каждый день попадаются шпионы такого калибра. И опять, таки благодаря вам, генерал Духонин у меня в должниках, также, как и глава Тайной Канцелярии Борис Фёдорович Орлов.

— А он-то каким боком к этой истории? — Удивился Николай. — Наоборот же, прокол генштаба прямых выгод Канцелярии не даёт, но тактически ситуация очень выигрышная.

— А мы с ним об заклад ударили. — Ефим Петрович рассмеялся. — Когда князь узнал, как именно я отблагодарил вас за спасение моего человека, то посетовал, что больно дорого мне обошлась сия операция и выгоднее было послать его скорохватов. Ну и я грешным делом ляпнул, что вы, скорее всего в долгу не останетесь, и в итоге я вам буду должен. Ну вот об заклад и побились. Кстати, вам заводик на Урале не надобен? Хороший заводик.

— Зная вас, князь, я предположу, что там на этом, как вы изволили выразится, заводике под пару тысяч работников… — Ворчливо произнёс Николай. — Спасибо, но нет. — Одного магазинчика мне как-то достаточно.