В первый миг Берсеню показалось, что городские руины пришли в движение. Из всех развалин, расщелин, углов и дыр выходили, вылезали, выползали, выпрыгивали хейлоты и, предводительствуемые аколитами, собирались у подножия «смотровой башни». Это явно стоило им определенных трудов. Они рычали друг на друга, пытались затевать драки, но аколиты были начеку — решительно и жестко гасили все свары в зародыше.

— Что происходит? — Эрик был белее мела. — Они собираются на штурм?

Берсень тихо рассмеялся.

— Что тут смешного?! — взорвался Эрик.

— Ты угадал, Эрик, — ответил Берсень. — Они действительно собираются на штурм. — Жестом велев архонту промолчать, маг выдержал паузу и, насладившись гаммой чувств, мелькнувших на лицах Эрика и Дианы, добавил: — Только штурмовать они будут цитадель. Я прав, Даэлор?

Архонт кивнул:

— Это случается ежегодно.

— Но зачем?! — одновременно воскликнули Эрик и Диана.

— Все просто. Финмар не может прокормить всех наших братьев. Здесь почти нет растительности, нет животных, только выжженная земля и жаркое солнце.

— Но это же… Вы хотите сказать, что все эти… существа обречены? — Глаза Дианы заблестели. — Вы пошлете их на смерть?

Вместо архонта ответил Арнор.

— Моя милая девочка, ты должна понять, — мягко сказал он. — Хейлотов слишком много. Если их выпустить за Стену, они будут убивать людей. Они ведь в сущности мало чем отличаются от зверей, более-менее разумны только аколиты… У нас нет другого способа регулировать их численность без вреда для людей.

— Но это жестоко! Должен существовать другой способ!

— Он существует, Диана, — вмешался Берсень. — Но этот способ выгоднее.

— Выгоднее? Что значит выгоднее? И кому?

— Тому, кто построил цитадель. Тому, кто в своих экспериментах наплодил этих тварей и продолжает их использовать. В качестве живой мишени здесь или как пугало для простых людей там. Думаю, понятно, кого я имею в виду?

Диана стиснула кулаки.

— Вы хотите сказать…

— Сударь Даэлор, — вмешался Эрик, — вы сказали, вас заботит безопасность людей?

— Скажем по-другому: я вынужден заботиться об этом, — с горечью признался Даэлор.

— Но я не понимаю! — вскрикнула Диана. — Что здесь происходит? О чем вы все толкуете?

— Ди, — Берсень коснулся ее руки, — твои эмоции мешают тебе принять очевидную истину.

— Какую еще очевидную истину?! — Она сбросила руку мага. — Неужели так трудно просто ответить!

— Я отвечу тебе, Диана, — вздохнул Эрик. — Наши высокомудрые маги слишком мудры, чтобы снисходить до объяснений таким, как мы. И все же я понял, на что они намекают. Они говорят, что это место, Финмар, одновременно лаборатория, питомник и загон. А так называемые мутанты — плоды многолетних экспериментов. Я прав?

Арнор удостоил его благосклонным взглядом, Даэлор кивнул, а Берсень от души хлопнул виконта по плечу:

— Молодец, Эрик. Ты явно повзрослел. Ну, под моим-то чутким руководством это и немудрено.

— Думаю, пора начинать, — заметил архонт. — Время пришло.

Он шагнул на парапет. Орда хейлотов, покрывшая все ближайшие улицы и руины, напоминала мохнатый шевелящийся ковер.

— Дети мои! — Голос архонта, усиленный магией, упругой волной прокатился по развалинам. — Настал день, когда мы можем вернуть себе свободу.