Мгновенно в сердце Элиона вспыхнула жалость. С немалым трудом он выбрался из-под торговца, и они, помогая друг другу, кое-как поднялись на ноги. В темноте, в снежной заверти глаза их на миг встретились — и Элион ощутил, что их обоих объединило братскими узами страдание… но тут яростный порыв ветра сбил обоих мужчин с ног, и буран, бешено завывая, обрушился на них с новой силой.

— Извини, я больше не могу удерживать щит. — Мысленный голос Шри был от усталости едва различим. — Но вы уже почти пришли, Элион. Еще несколько шагов…

Эти шаги показались Элиону последним путешествием в его жизни. Если б он не опирался на крепкое плечо Тормона, то наверняка не дошел бы до цели… впрочем, ни один из них не сумел бы выстоять без помощи другого. Вдвоем им удалось поднять гнедого, но когда Тормон опытной рукой провел по его ногам, на ладони оказалась кровь. Стало быть, конь расшиб в кровь колени. Элион от души надеялся, что с ним не стряслось худшей беды. Несчастное животное кое-как ковыляло за ними, уныло свесив голову. Его жесткая грива сосульками прилипла к шее.

— Давай же, Элион! Налево! — крикнула Шри. Чародею не верилось, что они все же добрались до оврага. Он крепко взял за руку торговца, и жалкая процессия кое-как спустилась вниз, под прикрытие крутых склонов.

Напор ветра разом ослаб, и измученному Элиону почудилось, что в овраге почти тепло. Сейчас он бы охотней всего рухнул прямо на снег и проспал до весны… но чародей понимал, что расслабляться еще рано. Вернуться в овраг и укрыться от ледяного ветра — только первый шаг. Здесь ведь тоже можно умереть, разве что не так скоро, как наверху. Хотя отвесные склоны оврага и укрывали путников от ветра, снег здесь валил так же густо, и следы разрушительного оползня уже были им надежно скрыты. Если Элиону и чудилось, что здесь тепло, то лишь потому, что не дул ветер.

Чтобы смастерить укрытие, им понадобится свет. Элион принялся шарить в седельной сумке. Онемевшие от холода пальцы плохо повиновались ему. Чтобы расстегнуть ремешок сумки, ему пришлось снять перчатку, и стылый металл застежки обжег руку, точно раскаленный уголек. Чародей рылся в сумке, мимоходом примечая другие вещи, которые могут пригодиться им в эту морозную ночь. Ох, только бы то, что ищет, не оказалось на самом дне сумки!

По счастью, Элион всегда укладывал вещи в дорогу аккуратно и тщательно. Вот и теперь светилки оказались засунуты сбоку, где их легко можно было достать. Чародей извлек из сумки прочную стеклянную трубку примерно в локоть длиной, запаянную с обеих сторон. На самом деле это были две трубки, хитро соединенные посередине искусным стеклодувом. Элион никогда бы не осмелился разобрать светилку, чтобы посмотреть, как она устроена — он, в конце концов, чародей, а не мастер, — однако же частенько возносил мысленную благодарность неведомым умельцам, которые сотворили это маленькое чудо. Взявшись обеими руками за концы трубки, он резко крутнул — и стеклянная перепонка посередине с сухим треском лопнула. Содержимое двух половинок светилки мгновенно смешалось. Стеклянная трубка брызнула ярким серебристо-зеленым светом. Густо падавшие снежинки в его лучах заиграли мерцающими зелеными искрами, а по снегу вдоль склонов оврага протянулись длинные тени.

Тормон между тем уже обеими руками разрывал снег, пытаясь разобрать укрытую под ним груду сучьев. Когда вспыхнул свет, торговец резко обернулся, разинул рот в изумлении — но тут же в нем возобладал здравый смысл.