Складывалось такое впечатление, что пока мы с Лешим охотились и терроризировали банды на периферии воровского крыла, одаренные стягивались именно сюда.

— Надо, — нахмурился Леший. — Чуть позже поймешь.

— Есть скрытые условия? — предположил я.

— Много, — кивнул воин. — Но ты можешь остаться здесь. Я справлюсь.

— Ага, — невесело хмыкнул и понизил голос. — Чтобы потом Светик с меня шкуру спустил? Ну уж нет.

— Только не рискуй, — неожиданно попросил Леший.

— Харош болтать, Леший. Поехали!

Воин кровожадно оскалился и рванул вперёд.

Я же, удивляясь наивности Лешего, двинулся следом.

Что, интересно, в его понимании значит фраза «не рисковать»? Особенно на площади, на которой остались самые стойкие одаренные…

Впрочем, долго размышлять мне не пришлось.

Стоило столкнуться с первым противником, как сразу стало понятно, чем мы занимались всю ночь.

Высокий зэк в выцветшей одежде откопал откуда-то настоящий костяной кинжал, с которого до сих пор капала чуть ли не черная кровь.

Выглядел одаренный опасно, и я бы по своей воле не стал бы с ним связываться. Но Леший, не сбавляя хода, ушел от стремительного укола в сторону и… вырвал зэку кадык.

И этот момент отпечатался в моей памяти, словно каленным железом.

Дальше началась кровавая вакханалия, во время которой оставшиеся на площади одаренные бились все против всех.

Хруст ломаемых костей, предсмертный хрип, и кровь, кровь, кровь.

На мгновение, мне даже показалось, что кто-то очень могущественный и влиятельный специально бросил меня в острог и организовал эту бойню.

Свихнусь с ума или нет?

В голове мелькнула ассоциация с ковкой клинка, который прям с гардой окунули в кровь…

— Миша!

Задумавшись, я пропустил коварную атаку одного из зэков, и жилистый одаренный, прикинувшийся трупом, напал на Лешего сзади в то время, как воин бился с лысым крепышом.

Тело сработало на автомате.

Рывок, захват, бросок и упасть сверху, впечатывая свой лоб ему в висок.

Зэк оказался неожиданно легким, но то, как долго он лежал в засаде, не выдав себя ни на физическом, ни на эмоциональном плане, говорило о том, что он опасный соперник.

Формат смертельной битвы все против всех требовал, чтоб я его прикончил, но мне стало так тошно от льющейся вокруг крови, что не стал его добивать.

Ему и так повезет, если он выживет после удара в висок.

Удостоверившись, что жилистый тип точно потерял сознание, я кинулся к Лешему на помощь.

Лысый крепыш оказался серьезным противником, да еще и с заточенной отверткой, но вдвоем мы справились с ним довольно быстро.

Стоило мне встать сбоку от Лешего, как лысый метнул в меня отвертку, решив, что гимназист не сможет увернуться.

Я увернуться мог, но не стал.

Вместо этого перехватил отвертку и приготовился, чтобы отправить её обратно, как меня ожёг крик Лешего:

— Нет!

В бою выяснять отношения не лучшая идея, поэтому я молча выронил отвертку на землю и крутанул цепи и двинулся вбок, обходя лысого со стороны.

Вот только крепыш не стал дожидаться пока мы с Лешим его размотаем.

Сунул руку в карман и швырнул в нас горсть… гаек? А сам технично отступил назад. Да так, что и не догонишь.

— Никогда ничего не бросай в остроге, — Леший убедился, что вокруг нас нет ни одного живого одаренного и посмотрел на меня. — Только ближний бой, понял?

— Но… почему?

— Долго объяснять, — поморщился Леший. — Сейчас это считается зашкваром.

— Ну раз зашкваром… — не стал спорить я и нахмурился, заметив в эмоциях воина боль.