Я, конечно, не планировал больше связываться с Кругом и с букмекерами, которые, все, как один, ходят под ворами, но других вариантов не было.

Интуиция настойчиво подсказывала — это не коротышка Манул, который давным-давно забыл, что такое кровь, а настоящие хищники.

Волки.

— Ставки! — чем ближе был круг, тем громче орал я. — Порву этих северных псин одного за другим! Три боя подряд! Ставлю всё, что у меня есть на свою победу!

Круга, пока я бежал, как такового не было.

Уж слишком насыщенными выдались последние несколько дней, и складывалось ощущение, что зэков уже тошнит от крови и насилия.

Увы, но это было лишь ощущение.

Стоило мне добежать до перемычки, как Круг образовался сам собой.

Краем глаза я заметил напряженных воров, один из которых метнулся за кем-то из паханов.

Увидел обычного на вид заключенного, от которого так пахло мокрой шерстью. Дружок Манула?

Про полицаев и вовсе молчу. Этих было видно сразу. Крысячие глазки, гнилые ауры, полные подлости эмоции.

Из ребят Виктора, или правильней будет сказать Макса, не было никого…

Зато были северяне.

Взбешенные то ли бегом, то ли от того, что я назвал их псами… Причем, им было явно плевать на круг. Целеустремленно перли на меня.

Я уже приготовился было биться так, как случилось то на что я рассчитывал.

— Стоять. — Разукрашенный татуировками здоровяк лениво встал на пути у северян. — В круг по одному.

— Стейн! — властно бросил центральный северянин, — Это расписное пугало мешает тебе отомстить за брата.

Стейн недобро нахмурился и попытался сдвинуть здоровяка с места.

Мышцы северянина вздулись, аура превратилась в каменный валун, но татуированный даже не дрогнул. Лишь одна из татуировок, выбитая у него на шее, медленно исчезла.

Ого! Как много я ещё не знаю про острог! Может не зря мне Фред с Джошем советовали обратиться к Ворону? А этот Стейн, сто процентов родственник того типа из туалета!

— По-хорошему предупреждаю, — здоровяк нахмурился и ткнул пальцем в груди Стейну, — В круг. Заходят. По одному.

От его тычка северянина аж отбросило назад, а я заметил, как с правого локтя зэка истаяла ещё одна татуировка.

Центральный северянин зло сверкнул глазами, но качать права не решился. Даже дураку было понятно, что в миг собравшаяся толпа настроилась на хорошее зрелище.

— Зигрид? — вопросительно протянул не понравившийся мне северянин, от которого так и несло подлостью.

— Нет, Орм, я сам, — дернул щекой северянин и дерзко посмотрел на татуированного зэка. — Отвали в сторону, доска для рисования. Я иду в круг.

Татуированный заключенный потемнел лицом, но ничего говорить не стал. Молча отошел, пропуская северянина. А вот я не смолчал.

— Зря ты так, пришлый! За базар отвечать придется!

Тот же, словно только этого и ждал, тут же рванул на меня.

Ну нет, дружок, не так быстро…

— Стой! — гаркнул я, ошарашив северянина. — Дай уважаемым людям сделать ставки.

От окруживших нас заключенных тут же пронеслась волна одобрения, а северянин, замер на месте, неохотно покосился по сторонам и скривился так, будто лимон надкусил.

— Золотой на пацана!

— Два на северянина!

— Семь серебрушек на второго северянина!

— Ставлю золотой на последнего волка!

Казалось бы, конфликту нет и нескольких минут, но уже все зрители знали, что я буду сражаться с тройкой северян.

Я же, пока букмекеры активно принимали ставки, решил вывести северянина из себя.

— Зиги, ты ведешь себя некультурно.